Ева. Книга 2

Но книга, которая знает, что ее час настал – сама пойдет вам в руки, вы лишь проведете рукой по плотному ряду, и она мягко позовет вас за собой, приглашая в бесконечное путешествие.

Иногда с судьбой можно поиграть в прятки. Погрозить кулаком, соблазнить, умоляя, встать на колени, выторговать в яростном споре, выиграть в карты, в конце-то концов, иную участь и прожить дни, месяцы, годы, отсрочив неизбежное.

Но иногда она приходит и становится прямо напротив тебя, понимающе и участливо смотрит в глаза, и ты понимаешь, что обратной дороги нет, и не помогут ни слезы, ни уговоры, ни молитвы.

– Не стоит грустить, Ева.

– «Она грустит, потому что ей кажется, что ты должен скоро умереть».

Голд тепло улыбнулся:

– «Скажи ей, что человек умирает не тогда, когда должен, а тогда, когда может».[3 - Разговор Урсулы и полковника из «Сто лет одиночества»] Я хорошо тебя выучил, девочка. Теперь ты стала взрослая, а я совсем старик, и я устал. Я должен был быть на том свете уже давно, но возвратился назад, и рядом с тобой мое одиночество было не таким сильным.

– Голд.

– Не плачь, не то я тоже буду.

И я обняла его, а он меня.

– Голд. – конечно, я заплакала. – Роберт, не бросайте меня.

– Я всегда буду рядом.

– Вот только не надо этой ерунды про то, что вы вечно будете жить в моем сердце.

– Скорее, я останусь твоим внутренним голосом и в моменты, когда ты решишь совершить очередную глупость, буду ворчливым тоном тебя останавливать. А так как глупости ты совершаешь часто, то уж поверь, тебе от меня никогда не избавиться.

Не прекращая рыдать, я засмеялась.

– Я не хочу всего это без вас. Я не справлюсь.

– Ты давно уже справляешься без меня.

– А если я попробую…

– Нет. – он оборвал меня резко. – Я запрещаю.

– Вы даже не дали мне договорить!

– Ева. – взгляд Голда был тяжелее мельничного жернова. – Ева, поклянись мне, что даже в мыслях не попросишь эти книги продлить мне жизнь. Ни сейчас, ни когда-либо потом.

– Я вовсе не собиралась…

– Обещай.

Нехотя я кивнула.

– Клянусь.

Он смягчился.

– Хорошо. А теперь пойдем. Твой муж наверняка места себе не находит.

Две мили до моего дома мы прошли в молчании. Нужных слов не было – да и не могло быть. Мы оба знали, что значим друг для друга, и просто в последний раз проводили время вместе, не тратя его на пустые разговоры.

Лукас ждал нас. Стоя на крыльце, он курил, и его всегда улыбчивое лицо было серьезным.