Танец с чудовищем

Совершенно не контролирую себя, однако лорд удерживает меня на весу, прижимает к себе, не даёт удариться о стену или рухнуть на пол.

Дышу его кожей и никак не могу надышаться. Сумасшедший, первый в моей жизни настоящий, не собственноручный, оргазм туманит сознание, но не опустошает, а напротив, горячит кровь. Хочу ещё. Ещё!

Только вот, осознание произошедшего всё–таки настигает.

Что я творю! С кем! Где!

– Мама! – Пугаюсь я вслух.

– Всё хорошо, – успокаивает меня Энран, – не волнуйся, милая.

– Я. Тебе.

Не знаю, что было в моём голосе, но на этот раз он совладал с собственной звездой в доли секунды.

– Готово, – отчитывается он, не теряя замечательного расположения духа. Конечно! Едва не совратить собственного куратора у дверей в её квартиру. Есть, чем похвастать перед сокурсниками.

– Можете идти, курсант, – чётко и внятно произношу каждое слово.

– Даже, если я снова потеряю контроль и взорву планету? – невинно вопрошает звёздный лорд, а глаза хитрые–хитрые.

Ах он…

– Ещё раз, хоть один–единственный раз, вы посмеете в моём присутствии учинить подобное шоу, мало вам не покажется, Энран Даргасс! – Я так разозлилась, что сделала шаг к застёгивающему мундир мужчине и приложила указательный палец к его груди. – И теперь я вижу, зачем военной академии нужна женщина!

– Чтобы сводить с ума курсантов? – предположил синеглазый красавчик ехидно.

– Чтобы научить вас подкатывать к дамам без спецэффектов! – ответила с достоинством.

И тут я вдруг осознала, что стою в одном белье перед с иголочки одетым мужчиной. Здание качаться давно перестало, а это значит, вполне могли заработать камеры, если они вообще выключались.

– Камеры работают? – уточнила, надеясь, что случившееся останется нашей с наследником императорского дома тайной.

– Нет, я контролирую.

– Хоть одна хорошая новость за сегодня.

– Да, госпожа учитель? – А тон–то какой! Колени так и подкашиваются. Но я уже почти специалист по изначальным, главное – не прикасаться. И желательно не дышать его кожей, такой восхитительно сладкой…

От одной мысли о его запахе моё тело вновь охватил пожар. Соски отяжелели и встали торчком, словно желая быть ближе к нему. Я поправила бельё, скрыв грудь.