Мариза

И потом, перед сном, я спросил себя: Сантьяго, почему прекрасная веселая девушка, которая вышла замуж за любимого человека совсем недавно, выглядит так, как будто находится в тяжелейшей депрессии, и почему ее муж, востребованный врач и хороший человек, в упор не замечает этого? Я не нашел тогда ответа, Мариза. Может быть, он есть у тебя?

Я не смотрела на него. Из моего глаза скатилась слезинка. Я чувствовала ее влагу на щеке, потом на губах и подбородке.

–Я помогу тебе ему все рассказать.

–Как? —горько усмехнулась я.

– расскажешь сам?

–Я могу. —серьезно сказал Тьяго. -Но не думаю, что тебе это нужно. Ты поймешь, когда увидишь.

***

Я вернулась домой ранним утром. Рэй еще спал. Я свернулась на краю кровати и провалилась в короткий беспокойный сон. Проснулась оттого, что он водил по моему лицу пальцем. Широко распахнув глаза, я смотрела на него и не могла сказать ни слова. Надо отодвинуться от него, все рассказать. Рэй поцеловал меня властным, проникающим поцелуем, раздвинул коленом ноги и вошел без подготовки: глубоко, больно.

Я обхватила его ногами, сильнее прижала к себе. Это было так дико— и при этом развязно возбуждающе, понимать, что только что в тебе был другой мужчина, а сейчас этот. Их запахи бесстыдно смешивались у меня на коже. Я отдавалась Рэю со страстью бешеной кошки и кончила сильно, содрогнувшись в его руках.

Потом мы лежали рядом, и он довольно положил мне руку между ног, лениво водя пальцем по скользким губам.

–Умница, что все-таки ты поехала.

Хорошо повеселилась?

Внутри меня мой внутренний голос кричал и бесновался: нет, Рэй, нехорошо, как ты мог меня отпустить, я оступилась, я тебе изменила, ты сам виноват, я виновата, ты меня не простишь, между нами все кончено, но горло мое сжалось, и я не смогла раскрыть рот и просто кивнула. Да, милый, повеселилась, будь здоров.

Была пятница и Рэй уехал на работу. Я проспала до вечера, потом долго отмокала в ванной, сосредоточив свой разум на кончиках пальцев правой ноги, монотонно обводящих барашек крана.

Рэй вернулся раньше, с цветами, вином и моими любимыми конфетами, заглаживая вчерашнюю вину.

–У меня для тебя еще кое-что есть. – Он держал в руках бархатную длинную коробочку. Cartier. В ушах застучала кровь и откуда-то из нутра поднимался сокрушительный ужас, но мои руки не дрожали, когда я открывала футляр. Внутри было колье, ослепительное трехрядное ожерелье из розового золота, усыпанное бриллиантами.