Наследство

Никита вспомнил, как вчера Александра говорила, что здесь из леса к домам часто выходят звери. «И не боятся же люди, – подумал он, – хотя, они, наверное, с тайгой «на ты», выживают, благодаря ей, и зверье для них – не опасность, а, скорее, добыча».

– Доброе утро! – услышал позади себя Никита.

Он обернулся и увидел хозяйку. Она была одета в огромный меховой тулуп, мохнатую меховую шапку и те же огромные валенки. В одной руке она держала ведро с водой, а в другой охапку трав.

Никита непроизвольно улыбнулся.

– Доброе утро! Могу помочь?

Он и сам не ожидал, что прозвучит так галантно.

Александра помедлила мгновение, а потом улыбнулась смущенно, как девчонка, и отдала ведро парню. Они вошли в дом.

– Чаю будешь? – спросила она.

– С удовольствием, – ответил Никита.

Он млел в ее присутствии. Сам не понимал, что с ним происходит, но противиться этому не мог. Он с тоской подумал о том, что ему нужно собираться и уходить отсюда. Но впереди его ждала еще чашка волшебного чая и компания хозяйки.

«Ты чего, влюбился что ли? – спрашивал сам у себя Никита, – она же старая. Ну не то, чтобы совсем старая, но взрослая. Ей лет сорок, не меньше. Хотя красивая». Его раздирали внутренние противоречия: он понимал, что она ему нравится, но при этом пытался найти хоть какой-нибудь аргумент, способный убедить себя в обратном.

Александра поставила на стол две чашки, вазочку с вареньем и положила рядом булку свежего хлеба. Такого вкусного завтрака у Никиты еще не было.

– Я теперь понимаю, почему деду так нравился ваш чай, – сказал он допивая.

Александра смотрела на Никиту пристально и молча. Наконец, она заговорила:

– Не ходи в тот дом, нечего тебе там делать.

Парень уставился на нее в недоумении. Щеку оттопыривал здоровый кусок хлеба, который Никита не успел прожевать.

– Почему?

– Да сдалась она тебе, хибара эта, – с наигранным презрением сказала женщина. – Кому ты ее нашей глуши продашь? Там ни печи нормальной нет, ни колодца, грош цена такому дому.

– Ну так мне он тоже не нужен, я сюда приезжать не собираюсь.

– Не ходи, а? – с мольбой в глазах сказала Александра.