Проданная чудовищу

И это при внушительном бюсте и крепкой, наверняка подкачанной, заднице.

– Каролина, – представилась, машинально втягивая и так несуществующий живот.

Мне срочно нужно зеркало, иначе я покроюсь комплексами с головы до ног!

Волшебные огоньки на стене сформировались в форму огромной звезды и проявились зеркалом.

Нет, ну придумали же! Крутая штука. Заработаю – куплю себе такую непременно.

Ага, если удастся выбраться из этого лазарета. Надеюсь, мы не лабораторные мыши какие–нибудь.

Мой оптимизм отчаянно сдавал позиции.

Тем не менее, в зеркало посмотрела. Хороша. И даже не хуже, чем…

– Эми. Эми Дженкинс из Флориды.

Не сговариваясь, перевели взгляд на оставшихся двух девушек, всё ещё сидящих на полу. Они смотрели на нас с откровенным испугом.

У меня рога выросли, что ли? Ещё раз оглянулась на зеркало, которое не замедлило проявиться.

– Николь Батлер. Техас, – слабым голосом откликнулась кудрявая блондиночка с наивными голубыми глазами.

– А я думала, в Техасе все девчонки бойкие, – попыталась поднять боевой дух голубоглазки.

– Бойкие, – ответила за Николь последняя, безымянная девушка. – Вставай, действительно, хватит уже сидеть и дёргаться от каждого звука. Мы вместе. Не пропадём.

Николь потянули за руку, и та без спора поднялась. И тут же посмотрела в сторону «моего» зеркала. Выдохнула. Улыбнулась едва заметно, подбадривая себя.

Девушки в любой ситуации остаются девушками.

– Я – Бренда. Кузина Николь, – вновь обратила на себя внимание бойкая техасская девчонка, пожимая нам с Эми руки.

Мы обрисовали своих незнакомцев и по всему выходило, что похититель – один и тот же мужчина. А ведь мы из разных штатов! Ну, кроме Николь с Брендой.

Выяснив, что инициатором нашего заточения в загадочном помещении–камере является один и тот же мужчина, мы с девушками переглянулись. Я невольно потянулась рукой к шее и дотронулась до места укола. Как ни странно, никаких неприятных ощущений. А ведь я помнила – меня словно ужалила оса!

– Так что же это? Нас похитили? – испуганно пролепетала Николь. В её бездонных голубых глазах плескался ужас.

– Проклятье, – прошипела сквозь зубы Эми. – Гадство.