Проданная чудовищу

Благо противоположный пол обращал на меня внимание всегда, поэтому выбирала тех, кто действительно привлекал. Пусть внешне, к сожалению, сердце и душа молчали. Но ни с одним из них не получила того, что так отчаянно и страстно хотела. И это было странно, учитывая степень моего прогрессирующего с годами сексуального влечения.

Тогда впервые возникла мысль о болезни. И я обратилась к врачам. Меня исследовали вдоль и поперек и вынесли вердикт – абсолютно здорова. То есть не просто здорова, а вообще, совсем. Мой организм работал идеально, слаженно, как лучшие швейцарские часы, не давая сбоев и не позволяя даже насморку нарушить идеальный баланс.

Когда плохо – это, конечно, плохо, но и когда очень хорошо до подозрительности – это тоже нехорошо. Лично меня мое отменное здоровье всегда настораживало. Я даже пыталась заразиться специально, но вирусы и бактерии словно бежали от меня, как от проклятой. Замечательно, скажете вы? Наверное. Только белым воронам тоже несладко. Особенно, если они не знают, почему белые.

Натянув любимые джинсы и куртку, схватила сумку с ноутбуком и выскочила из комнаты. Первой парой стояла лекция профессора Кроуна по истории древних времен. Он тоже любил приходить пораньше, поэтому всегда существовала возможность побеседовать с человеком, чьи работы меня просто восхищали.

Общежитие по–прежнему спало. Я спустилась в холл и пошла к дверям с широким предбанником. Вот тут и почувствовала прикосновение к шее и колющую, словно укус осы, боль. Перед глазами все поплыло. Последнее, что увидела прежде, чем погрузиться во мрак, было лицо того самого незнакомца.

Только теперь его взгляд был не алчным, а предвкушающим.

Глава 2

Гул. Странный, вибрирующий, отдающий непонятным удовольствием внутри. Какой–то… словно давно знакомый.

Удивительно.

Сон, что ли, такой любопытный? Потому как взяться около меня такому гулу было попросту неоткуда. И вообще – я должна быть на лекции моего любимого профессора Кроуна!

На этой поистине жуткой мысли, я распахнула глаза – и вскочила, собираясь бежать.

Точнее, я собиралась вскочить, но…

Со стоном сползла куда–то, вниз что ли? Чувствовала себя при этом так, будто это была вовсе не я, а старая неповоротливая черепаха, да к тому же расплющенная в лепешку большегрузом. Каждая клетка тела взрывалась болью, голова раскалывалась, во рту пересохло.

– Ооооох…

Гул не прекратился. Я приоткрыла глаза и увидела… Свет. Белый. Яркий. Умерла я, что ли? Слишком уж по глазам, слишком сияюще.