Босс, ещё босс!

Задумавшись, я пропустила начало разговора.

– Эм… Такого варианта не было в списке, – во всю кокетничала Кэлли.

– Вы это о чем? – не выдержала я, чуть было не решив, что у моего босса сегодня «день непристойных предложений».

– Я спросила у Десмонда, что он предпочитает: «Лонг–айленд» или «Кровавую Мэри». Скажи мне, что ты пьешь, и я скажу – кто ты. Ну ты чего! – пихнула она меня в плечо, заметив мое недоумение. – Есть даже такое психологическое исследование. Правда–правда! Я читала. Я очень люблю читать, не так сильно, как Бэт, конечно, – обратилась она к Каване, – но тоже очень люблю, – она снова покосилась на меня.

– Ну если речь идет о том самом исследовании, наверное, мне больше подходит коньяк.

– Коньяк? – Кэлли призадумалась. – Его предпочитают эстеты и люди, которые причисляют себя к элите. Если честно, я думала вам больше характерно виски, мистер «Я тут самый главный».

– Иногда я пью виски, – искренне расхохотался мой босс.

– Да о чем вы вообще?! – меня злило, что Кэлли Кавана болтают точно старые приятели, да еще и нашли какую–то общую тему, в которой я явно ничего не смыслю.

– А вы что предпочтете, Элизабет? – Десмонд вдруг обратился ко мне.

– Серьезно?! Боже, почему так официально? – закатила глаза моя подруга. – Вы же который год вместе! И где я не права? – возмутилась она в ответ на мой уничтожающий взгляд.

– Элизабет моя опора и поддержка во всем. Не знаю, что бы я без нее делал, – мой босс с хитрой улыбкой посмотрел на меня, и я ощутила, как румянец бросился в лицо от этой неожиданной похвалы.

– Спасибо, – неловко ответила я и промокнула губы салфеткой.

– А что вы предпочитаете, Элизабет? – Кавана продолжал разглядывать меня так, словно я была главным блюдом на этом столе, и он решал, с какой стороны следует приступить к трапезе.

Ему принесли черный кофе, но он так и не притронулся к нему, неторопливо вращая в пальцах маленькую белую чашечку.

– Что я предпочитаю?

– Да. Шампанское или вино?

– Минеральную воду, – отрезала я и пригубила стакан пузырящейся минералки, в которой плавала долька лайма.

– Красное вино, – Кавана вынес вердикт сам. – Напиток страстных и эмоциональных натур. Тех, кто прячет истинную суть за внешней строгостью и даже, порой, чопорностью.