Состояние аффекта

Возблагодарив провидение за внезапное избавление от неминуемой смерти, я прочихалась и прокашлялась, сунула оскверненный бутерброд обратно в пакет, допила кофе и выбралась из машины. Странная картина, открывшаяся моим глазам, больше не вызывала у меня недоумения. Теперь-то я знала, почему в этом углу двора никто из местных жителей не рискует парковаться. Миновав стихийную парковку, где машины стояли так плотно друг к другу, что в салон можно было попасть, только просочившись сквозь щель капота, я поравнялась со старушками, расположившимися в беседке на детской площадке, и притормозила, рассчитывая на контакт.

Бабушки с интересом наблюдали за происшествием и потому сочли своим долгом высказаться по поводу увиденного.

– Совсем Валеркины сопляки охамели, – возмущенно начала аккуратная старушка в синем халате. – Проходу людям не дают!

– Железные банки по двору разбрасывают, музыку громко включают, моторами ревут, – подхватила ее приятельница. – Мы говорили участковому Ласточкину, а он отмахивается – отстаньте, говорит, от Воловика!

– Так этот небритый и был Воловик? – не слишком-то удивилась я, именно так и представляя себе клиента.

– Ну да, он и был, злодей, Валера, главарь местной шантрапы, – наперебой зашумели старушки.

Я вспомнила его хриплый голос, пренебрежительное обращение «дамочка», и у меня отпали последние сомнения в том, что этот тип мог избить беззащитного человека значительно старше себя. Такие абреки способны на все, лишь бы доказать, кто в этом мире главный.

Да еще и растит себе смену – мальчишек учит правилу волчьей стаи: кто сильнее, тот и прав. Я решительно направилась к подъезду, желая поговорить с кем-нибудь из родственников подзащитного, но сколько я ни звонила в домофон, мне так и не открыли. Спустившись во двор, я снова направилась к вездесущим старушкам.

– Простите, вы всех здесь знаете, – учтиво начала я. Бабульки одобрительно закивали головами. – Не подскажете, с кем живет Валерий Воловик?

Над лавочкой повисло молчание, сменившееся растерянным голосом старушки в синем халате:

– А ни с кем, один он остался.

– Ну да, жену-то он выгнал, – продолжила ее подруга, – а мать умерла, так что Валерка теперь один проживает. А вам зачем?

– Я из ДЭЗа, – отпустила я фантазию на волю, – в прошлом месяце мы насчитали Воловику за воду больше, чем положено. Нужно сказать ему, чтобы в этом месяце за воду не платил, а то у нас все время происходит путаница с расчетами.