Реквием по любви

Из машины вышел Макс. Он открыл дверь с другой стороны и из салона выпрыгнул Никс, виляя хвостом. Даже издалека один только вид Макса сжимал мое сердце так сильно, что мне становилось тяжело дышать. Мне так хотелось в эту самую секунду выбежать из кустов и подойти к нему. Мне до мурашек хотелось снова увидеть его вблизи и услышать его голос. Только я все же продолжала сидеть на корточках, прячась в кустах и тайком наблюдать за ним.

Он открыл дверь и зашел внутрь дома со щенком. Внутри дома зажегся свет, и Макс открыл окно.

– Он и есть Макс, – сказала я подруге, чтобы как-то отогнать грустные мысли. Так хотелось сейчас же встать и побежать к нему. Только нельзя было этого делать, и я с унынием продолжала сидеть в кустах и оттуда наблюдать за человеком, который похитил мое сердце.

– Этот бородатый и есть Макс? – Спросила Мэри, показывая в сторону домика.

– Да, подруга, довольно подтвердила я, не сводя взгляд от домика, откуда через прозрачные шторы была видна тень Макса. Он ходил по комнатам и что-то переносил все время. Я не могла понять, что он может делать в такое время в доме. Как мне показалось, он переставлял какие-то стулья.

– Теперь я тебя понимаю, подруга, – согласилась со мной Мэри, – он и вправду очень красивый.

– А я что тебе говорила? – Да, он очень красивый, – подтвердила я слова подруги.

– Элис, мне кажется, что к Максу у тебя не только симпатия.

– Что ты хочешь этим сказать?

– А то, что ты полюбила его, хоть и мало знакома с ним.

– Скорее всего, ты права, Мэри. Кажется, что я действительно полюбила его с первого взгляда. Иначе бы я сейчас не пряталась в такую темноту в кустах и не наблюдала бы за ним. Думаю, что я его полюбила, – теперь более уверенным голосом ответила я не столько Мэри, сколько себе.

– Уверена? – Спросила меня Мэри, будто мое подтверждение на данный момент было так важно.

– Да. Мэри, если с утра до вечера думать о человеке, то это говорит о том, что он стал смыслом жизни. А как я понимаю, это и есть любовь. Самая сильная любовь, которая может поселиться в сердце.

– Элис, а разве не больно так сильно любить?

– Больно, только это такое приятное чувство, что стоит того.

– Ну, все, идем теперь.