Завтра мы вернемся

Он держал маленький кусок коры во рту и усиленно его пережевывал, одновременно быстрыми движениями глаз искал следующую порцию своего обеда.

– Нужно всегда быть на чеку. Лес – опасное место, – подумал Мужчина за зайца.

Часть третья

25

Лес разразил ружейный выстрел, мгновенно встрепенувший всех птиц поблизости.

– Слышал? – Первый насторожился – Кто это стрелял?

Второй остановился и прислушался.

– Очевидно, что кто-то охотится, – заключил он – Мне кажется, это именно тот, кого мы ищем.

– А не опасно к нему идти, пока он с оружием на охоте? – голос Первого напоминал напуганного ребенка, было заметно, что он еле сдерживает дрожь, но парень не предпринимал никаких решений, словно думал оказаться случайной жертвой охотника.

– Он больше не стреляет, – все еще вслушиваясь в чащу, чуть ли не шепотом сказал Второй – Видимо, тот, в кого стреляли, больше не нуждается ни в чем, – потом, увидев вопрос в лице собеседника, добавил – Он убил животное.

– Хотелось бы в это верить, – сказал Первый.

– Пойдем, кажется, нам осталось недалеко.

– Кажется? У тебя же есть какая-то информация от твоего информатора, и ты не уверен?

– Я знаю, куда мы идем, – успокаивая Первого, ответил Второй – Вот, смотри.

Парень вытащил из кармана штанов помятую, сложенную несколько раз бумагу с оборванным краем.

– Здесь записан наш путь. – Второй развернул бумагу – Семьдесят километров от города – есть; вход в лес через небольшое поле – есть; три муравейника подряд на одной линии – есть, я все это приметил; после мы должны были пересечь лосиную тропу – уж это ты явно и сам заметил.

– Это сложно было не заметить, – ответил Первый.

– Скоро должна быть граница, – просматривая конец записей, сказал Второй – Да, граница.

– Почему ты мне все это не рассказал до этого?

– Чтобы ты бегал и искал в каждой кочке направление движения.

26

Некоторое время двое шли в тишине, погруженные в свои мысли. Второй, в который раз начал размышлять о высоких материях, возможностях существования чего-то такого, что пока для всех находится за гранью достижения понимания. Первый же пытался визуально увидеть ту самую грань, границу, о которой говорил его спутник, чтобы немного выделиться в его глазах, первым обнаружив разыскиваемое.