Правила игры

Не услышь он в ее голосе горячую мольбу, вряд ли разжал бы руки.

– Извини, – глухо произнес он, избегая смотреть Ульяне в глаза.

Попробуй она сейчас облизнуть розовым языком губы или прикусить одну из них зубами, видит Бог, он бы не сдержался.

Ульяна глубоко вздохнула и опустила глаза. Он вел себя неразумно. Но ей ли его упрекать?

Настроение у девушки было хуже некуда. Царила мирная атмосфера летнего утра. Природа радовалась солнечному свету, весело пели птицы. Воздух наполняли дразнящие ароматы зеленых лугов.

– Мне не за что тебя прощать. Я виновата не меньше тебя. Впредь буду осторожнее, только и всего.

Марк резко вскинул голову и нахмурился.

– Это означает, я буду лишен вот таких вот мирных прогулок с тобой, по вечерам?

– Да…. Не знаю! – в полном отчаянии воскликнула Ульяна и зашагала прочь, совершенно забыв, что находится далеко от дома и ни за что не дойдет пешком.

– Постой, куда ты?

Марк опешил, но быстро опомнился и рванул за ней. Нагнав, схватил за руку и настойчиво потянул к себе. Ульяна испуганно отпрянула, ожидая новой атаки, но он успокаивающе погладил тыльную сторону ее ладони. Потом нагнулся и прикоснулся губами к холодным пальцам, согрев их своим дыханием. Настолько изысканный маневр успокоил беглянку. Она даже не стала вырывать руку из его сильных пальцев.

– Не пугайся, я только хотел подсадить тебя на лошадь, раз уж мы решили возвращаться домой. Пешая прогулка отнимет все силы, а ты ведь и так устала.

– Спасибо за заботу, – слабым голосом поблагодарила его Ульяна. – По неведомой причине сегодня моя голова идет кругом. Я чувствую себя странно, потому и делаю, и говорю всякую ерунду. Как думаешь, это солнце во всем виновато?

– Не стоит сваливать на солнце нашу общую вину. И вообще, разрази меня гром, если я ощущаю ее! Ну что такого мы сделали? Я всего лишь собирался тебя поцеловать.

Марк и в самом деле не понимал, отчего Ульяна так бурно прореагировала на первый шаг к их сближению. Ему не пришлось долго гадать о причинах ее странного поведения.

– Я не имела права посягать на то, что принадлежит, или почти уже принадлежит моей сестре, – объяснила она.

– Я ничего ей не обещал, – металлическим голосом заявил Марк, насупившись, и сунув руки в карманы обтягивающих брюк.