Отборные мужья

– Еще этот Кхатт чуть не догадался о моем замысле, – молодой человек все-таки переменил тему.

Дядя не выдержал и ответил со смешком:

– Вот с этого и следовало начинать.

– Кхор! – упорствовал Шияр, одним лишь взглядом дав понять, как он серьезен в своих намереньях.

– Да, Шишик? – не остался в долгу собеседник. Выдержав тяжелый взгляд Шияна, он со вздохом перекинул свою белоснежную косу с золотистым отливом наперед и скрестил руки на груди. – Посуди сам. У Нора сестра из числа участниц, как думаешь, смогут ли твой отец или его советник Кхатт заподозрить в сговоре с тобой родовитого русала, для которого участие в турнире – уже честь?

Шияр глубоко вдохнул и выдохнул.

– И все-таки ты действительно доверишь ему судьбу единственной претендентки, к которой неравнодушно твое неприступное алкиг’эта?

Шишик лишь слегка насупился в ответ и поджал губы. А его дядя продолжил забавляться, не меняя серьезного тона:

– Пять… Пять турниров подряд ты давал от ворот поворот всем выигравшим претенденткам, выбравшим твою кандидатуру вместо знаний.

– И что же это значит? – невозмутимо вопросил молодой архир, надеясь в очередной раз почерпнуть мудрости от уже на протяжении пяти сотен лет не сменяемого Хранителя Знаний. А когда до него наконец дошло, он не преминул ответить:

– Уж если так, то переживать в первую очередь стоит тебе, дядя, из-за потери статуса.

– Боги с тобой, Ши. Я готов хоть сейчас передать тебе свой венец и все двадцать четыре ключа от запретных залов. Но, боюсь, с книгами и экспонатами ты церемониться не станешь, позабудешь о них на следующий день. Как, например, было с моим любимым словарем, которому вчера исполнилось бы две тысячи лет. Тем самым, между прочим, который канул в трясине Сиритэ. Чем думаешь со мной расплатиться за этот бесценный экземплярчик?

– Не мое это дело, Кхор. Дева его уронила, вот пусть сама и расплачивается, – Шияр вначале проворчал, как-то совсем по-детски оправдываясь, а затем поспешил прибавить: – Но только не собственной жизнью и ни в коем случае собственным телом.

– То есть ты оставляешь мне только её душу? – сказал старший из рода Шиян и поспешил закрепить уговор, молниеносно пожав племяннику руку. – Договорились.

– Я не…

– Что? Уговор есть уговор. Тем более мне она и сама начала всё больше и больше нравиться.