Кредо дракона, или Академия особого наказания

Да что не так-то с этим Ан’Куэном и почему это я не должна к нему идти по делу или без? Открыла было уже рот, чтобы выдать что-то из разряда: «А иди ты сам к этим костоправам!», как вдруг до меня донесся громкий голос преподавателя, закончившего опрашивать по всем восьми рунам заклинания и теперь решившего подвести итог:

– Итак, кто мне скажет, что это за магическая печать?

– Печать отмены драконьей ипостаси, – с места ответил Ан’Шуат. Кстати, даже руку не поднял. И вообще, кто его просил привлекать внимание к нашей парте? Пришлось развернуться и изобразить умное лицо.

– Так, правильно. Вот что значит правнук самого Ан’Дуара. Десять баллов! – похвалил Шуата Ан‘Охри.

Да уж. Что-то мне подсказывает, что никто из преподавательского состава не рискнет поставить ему меньше. А между тем твердое намерение посетить его брата стало теперь уже делом принципа. Поэтому я отодвинула от себя листочек и сделала вид, что читаю книгу. Еще эти Раула и Сиера, «Мы своих не предаем», все-таки подставили. Взяли и молча пересели, освобождая место тому, кого не просили.

Нужно будет сказать, чтобы в следующий раз не бросали меня в пасть льву, точнее, одному черному дракону.

Но не успела я толком вчитаться в учебный материал, как вдруг строчки поплыли у меня перед глазами. Голова словно налилась свинцом, в следующий миг опустившись прямо на парту. Последнее, что я почувствовала перед тем, как отключиться, был неприятный холод и пульсирующую боль от маленькой ранки на пятке.

Глава 4. Вот так чайник

Мне снился странный сон, будто меня, завалившуюся на парту, Шуат подхватил на руки после нескольких неудачных попыток растормошить, и понес прочь из аудитории, минуя растерянного преподавателя.

Затем картинка смазалась и оборвалась, а я уже лежала в каком-то странном помещении с перевязанной бинтами ногой. Надо мной склонялся не кто иной, как сам Ан’Куэн с каким-то треугольным металлическим прибором грязно-золотистого цвета, больше похожим на одну из побрякушек магазина моей бабки-экзорцистки.

– Что с ней? – услышала я издалека чей-то голос.

– Смертельный яд, – тут же ответил костоправ. – Повезло еще, что концентрация маленькая и организм молодой. Так что, может, и оправится.

– Но откуда в академии яд? – удивился носитель голоса.

Следом послышался скрип стула. Входная дверь хлопнула, как будто кто-то стремительно выскочил из комнаты.

В комнате вновь наступила темнота, причем надолго. Еще через несколько мгновений меня словно в реку бросили.