Хроники Абсурда

– Ты чего, Вась? Совсем оборзел? У тебя свой есть! – возмутился такой наглостью новоиспечённый «травоядный».

– Сырок из чего сделан?! – громко и по-профессорски важно спросил Вася, облизывая губы.

– Из пальмового масла, – испуганно ответил Федя.

– А ещё из творога. Так что забудь: веганы не едят продукты животного происхождения!

– Но! Но как же! Наташ?! – смотрел он жалобно на жену, но та лишь покачала головой, с трудом скрывая улыбку.

– Это что же получается, мне теперь и взбитые сливки нельзя? И капучино тоже?

– Если только на соевом молоке, но я не знаю, где в нашем городе такой делают.

Феде стало душно, он начал задыхаться. Он вышел из машины и стал накачивать лёгкие свежими выхлопами, гуляющими на автостоянке. Было видно, как Федю разрывает изнутри. Сначала он покраснел, потом пожелтел, когда начал зеленеть, несколько людей через улицу перешли дорогу в неположенном месте.

– Нет! Не дождётесь! – заявил Федя, вернувшись в машину, и в знак своей непоколебимости показательно надкусил помидор, обрызгав соком весь салон.

На шашлыках Федя был мрачнее тучи. Стол, как нарочно, стоял неподалёку от мангала. Новообращённый веган видел, как румянилось мясо, слышал, как шипели сок и жир, капающие на угли, чувствовал кисло-сладкий запах маринада, сдобренного душистыми приправами. Своими слюнями Федя полил половину огорода и дважды затушил костёр, но к мясу так и не притронулся. Всё шло не так: коньяк не пьянил, песни не пелись, а когда дело дошло до игры в «крокодила», Федя во всех пантомимах видел только поросят и телят, из-за чего трижды поругался с женой и с остальными дамами тоже.

Когда шашлык наконец был приготовлен, Федю допустили к мангалу. Дрожащими руками он насаживал грибы и баклажаны на шампуры, разыскивая на них глазами прилипшие кусочки мяса. «К счастью», шампуры были очищены до блеска и даже жир с них был протёрт тряпкой. Федя дважды проверил это на язык и одобрительно кивнул.

– Я тобой так горжусь! – поцеловала Наташа своего целеустремлённого мужа, когда тот нюхал подгоревший баклажан.

От жены пахло жареным, губы её блестели и напоминали Феде о прежней жизни – до того, как он решил измениться. Мужчина страстно поцеловал жену, а потом ещё раз, и ещё. К концу вечера она не знала, как скрыться от его «любви», так как Федя с бешеными глазами постоянно требовал поцелуев.

Ночью у Феди случилась первая ломка, которую он стоически вынес.