Метресса Ланс

А мы сейчас вместе, разбираем тут, что за люди мутят против тебя и твоего отца.

Тут Глен нахмурился и сказал:

– А вот, вспомнил, в одном месте третий спрашивал про меня и отряд. Сколько приехало, кто главный и все такое.

– С кем он говорил?

– С местным гарнизонным воякой.

– И ему ответили?

– Представляешь, да. Обычно такое первому встречному не рассказывают.

– И что ты сам об этом думаешь? – спросила я.

– Не знаю, что то непонятное, но я не знаю, что.

– И не догадываешься? Чтобы ты сам делал Глен, если бы так себя вел?

Он снова пожал плечами, и сказал:

– А я так себя никогда не вел, и в походы не ходил.

– Но ты сейчас почему то про поход вспомнил, да? – я вздохнула, – а я считаю Глен, что эти собираются напасть на лагерь, уж с какой целью не знаю, но крутились они вокруг лошадей, рабов и спрашивали о крепости. Вот что то из этих трех целей и будут воевать.

– Нууу, – протянул Глен, – для того, чтобы взять гарнизон надо с полсотни людей. Тут крепость, там наш отряд двадцать человек и крепостной отряд почти сорок.

А это знаешь какая сила. Да и защищено все. И лучники есть.

– Сила, если стенка на стенку идти, а если в лагере устроить разбой и панику, да если в крепости свои люди, можно и меньшим числом большой беды наделать.

– И что делать?

– До часа Хо у нас есть время, придумаем. Другое дело, что в крепости неизвестно кому можно доверять. И снова, Глен, ты тут один кнецх, одиннадцати зим, и люди вокруг не твои. Я бы поостерегся, может тебе не стоит в следующую ночь в крепость возвращаться? А мне еще людей жалко, что в лагере, если нападут воины, сколько бед на делают? И мы, дети…

Сама возможность быть героем на этом празднике жизни Глена вдохновила, и то что мы были детьми его нисколько не волновало:

– Так есть Тиш, Нур, Вайдак, еще мальчишки.

Можно им поручить весть по-тихому разнести, пусть взрослые приготовятся, добро схоронят, сами схоронятся, женщин уберегут. – сказав про женщин Глен чуть смутился. Ну как же? Бабы они так себе, мусор, что за них переживать?

– Давай сегодня по лагерю побродим.

Айнурам, где нас байбап кормили шепнем, и Гайнаре конечно. С кем эти говорили? Не с айнурами?

– Не, – протянул Глен – с восточными, пришлыми, с купцом севера, прямо под нами шатры стоят.

Я снова задумалась: “Итак, я очнулась под елкой, над лагерем этого купца, с кем сегодня общался Раг, судя по всему, там выше лагеря меня и…. – тут я сглотнула – убили. И судя по всему купец то у нас в деле.