Вдова

Элен только присвистнула про себя. Это надо же, обладать таким непомерным самомнением! И этот самородок наглости ее будущий муж?

– Пригласите сюда жреца Светлейшей! – Громко повел его величество.

Жрец, хиленький старичок, в светлом балахоне, не заставил себя долго ждать. Он вошел в зал величественно, будто был помазанником самой богини.

В руках он нес себебряный круглый поднос, на котором находились сященное писание, бутыль святой воды и два кубка из красного хрусталя.

Когда и где добыли этот драгоценный камень никто не зал.

Но около тысячи лет назад один искустник изготовил из него два кубка в подарок своей невесте, а та, прожив счастливую и долгую жизнь в браке, даровала их храму Светлейшей, чтобы молодые брачующиеся пили святые истоки из приносящих счастье кубков.

" – Но так ли это на самом деле?" – Вспомнила легенду Элен. "– Вот и узнаем. " – Подумала она глядя на приблежающегося храмовника.

Герцог вплотную подошел к Элен и тихо проговорил:

– Позволите сопроводить вас в безбедное будущее, леди.

 – Все тем же вежливо-саркастичным тоном предложил Ронан.

– А как же счастливое будущее милорд? – Бросила в ответ шпильку Элен, кладя хрупкую, с голубоватыми венами, кисть поверх мозолистой руки герцога Роури.

А Ронан подумал, что скучно ему с этой девчонкой уж точно не будет и почему-то это вызвало в нем новую волну гневного раздражения и он резко ответил этой тощей пигалице, ставя ее на место, как он думал.

Еще не хватало, чтобы кто-то занял в его сердце место принадлежащее Линессе!

– Да разве есть в мире это "счастливое будущее"? – Будто выплюнув последнее слово, оскалился герцог.

С этим Элен могла согласться и благоразумно промолчала.

А храмовник уже открыл писание и стал зачитывать простые слова, которые опутывали руки  брачующихся легким золотистым светом. После произнесенных, в унисон клятв, храмовник подал каждому по бокалу со святой водой.

Элен пригубила питье и удивилась.

В прошлый раз это была вода, простая вода, которая бежит из любого городского источника. Но в этот раз вкус воды был совсем другой, сладковатый, свежий, бодрящий вкус горного родника!

Видимо и его светлость почувствовал разницу, раз так удивленно уставился на кубок.

– Что за… ? – Попытался вставить свое слово герцог.

Но храмовник опередил его и с сияющим лицом продолжил:

– А теперь супруг, запечатли печать Светлейшей на устах своей нареченной.