Подчинение. Цвет боли

– А ты? Тебе везло?

Сандра отвела глаза и сказала с горькой усмешкой:

– По-разному. Иногда везло. Иногда не очень. Я бы на твоем месте не слишком рассчитывала на везение.

Некоторое время мы молчали. Я допивала вино, обдумывая предложение. Сандра, задумавшись о чем-то своем, водила пальцем по краю бокала. Иногда кривила губы, иногда слегка улыбалась, видимо, вспоминая то, с чем сталкивалась во время этой «работы». Наконец я приняла решение:

– Извини, Сандра, но мне это не подходит.

Она так же задумчиво кивнула и, не отводя взгляда от бокала, повторила:

– Надумаешь – позвони мне.

И еще… Надеюсь, ты понимаешь, что о том, что ты узнала, лучше молчать?

– Конечно, – заверила ее я. То, что я сейчас узнала о своей подруге, меня шокировало. И уж точно я не стала бы с кем-то этим делиться. – Не волнуйся, я тебя не подведу…

– Меня? – она усмехнулась все так же горько и невесело. – Нет, ты можешь подвести себя, если начнешь об этом болтать. Поверь, за этим стоят очень серьезные люди.

Мы скомкано попрощались.

Сандра сказала, что еще задержится.

Я встала и заторопилась к выходу. Уже в дверях я обернулась. Официант снова спешил к нашему столику. На этот раз с бокалом виски.

Лучшего способа показать мне, что все это – плохая затея, и быть не могло.

* * *

До больницы пришлось идти пешком: машина матери была разбита, свою я продала, чтобы оплатить лечение брата.

А к общественному транспорту я так и не привыкла.

В фойе мне на встречу попалась семья: мужчина, женщина и девушка в инвалидной коляске.

Безжизненный взгляд девушки больно резанул по моим нервам. Он до боли походил на глаза брата, когда тот узнал, что больше никогда не сможет ходить. Стараясь не заплакать, я поднялась в хирургическое отделение.

Брайан лежал в белоснежной постели, глядя перед собой и не реагируя ни на что. Я взяла его за руку:

– Привет, братишка. Как ты сегодня?

Он не реагировал, продолжая смотреть на больничный потолок. Посидев с ним немного и еще несколько раз попытавшись с ним заговорить, я вышла из палаты.

Меня тут же окликнули с сестринского поста:

– Подойдите, пожалуйста, к доктору. Он хотел поговорить с вами.

Седой мужчина не стал скрывать от меня правду. Операцию нужно было делать срочно. Еще немного – и момент будет безвозвратно упущен. Договорившись, что дам ответ в течение двух недель, я вышла из клиники. Я попыталась лечь спать пораньше, но сон не шел. Промаявшись пару часов, я встала и прошла на кухню.