Лунное наследие. Первый рассвет

Довольно заурчав, отряд расселся вокруг стола и принялся за трапезу.

Беррхад, перед тем как сесть за стол, подозрительно глянул на лакея, приставленного сопровождать его отряд. Молодой эльф, выпрямившись, стоял у стены, глядя вдаль бесстрастными глазами. «Будто ему дали приказ притвориться привидением. Мог бы и поприветливее, с гостями-то!» – раздраженно подумал дворф.

В распахнутые двери вошла еще одна эльфийка, в элегантном изумрудном платье и с позолоченной лютней в руках. О чем-то коротко переговорив с лакеем, девушка устроилась в углу залы, и вскоре помещение наполнила негромкая печальная мелодия.

Еда выглядела немного странной, но вполне приличной и даже аппетитной.

Беррхад перевел взгляд на своих спутников. Он знал их уже не одну сотню лет. Гилми Сторренбатч был самым молодым из них, но, тем не менее, достаточно опытным воином и умелым бойцом. Остальные – братья Раден и Вентор Аренхолды, Дастор Банстоуз, Артебальд Штонтейн и Шорт Галлозейн – имели за плечами добрых три-четыре сотни лет сражений и ни разу не заставляли усомниться в себе или в своих умениях.

– Они и в самом деле это едят? – с отвращением протянул Вентор, вертя в руках одну из вареных улиток. Брат шутливо толкнул его в бок:

– Да ладно тебе, не думаю, что эта козявка хуже, чем тыквенный суп нашей сестрицы!

Братья дружно расхохотались.

– А на это только гляньте! – привлек к себе внимание Гилми, поднимая за хвост копченого угря.

– А я как-то едал такое на приеме у людского лорда, – сообщил невозмутимый Дастор, накладывая себе в тарелку побольше картошки. – На вкус как обычная рыба, только мясо жестче и костей меньше. Так что не бойся, малыш, и бери, что дают. Кто знает, когда тебе понадобятся силы…

– Малышом своего сына будешь звать! – огрызнулся Гилми. Как самый младший в отряде, он довольно болезненно реагировал на любые упоминания о своем возрасте.

Но Дастор лишь добродушно усмехнулся.

– Да ты и так ненамного старше его.

Гилми недовольно сморщился, но спорить не стал и опасливо положил угря себе на тарелку.

Некоторое время отряд молча наслаждался трапезой и мелодичными перезвонами лютни. Когда тарелки уже были пусты, а желудки полны, расслабившиеся и довольные дворфы развалились на высоких мягких креслах и принялись ждать.