У кого план круче? Или с кем переспать, чтобы на утро проснуться знаменитой?

Казалось, минутная стрелка преодолевает деления циферблата с черепашьей скоростью. Снова погрузившись в раздумья, она перевернулась на бок, закрыла глаза и попыталась расслабиться, чтобы погрузиться в спасительный и спокойный сон, но мысли с шумом водопада обрушивались на нее одна за другой. Воображение рисовало страстные картины, с участием мужа и двух, а то и трех молоденьких девочек. Она трясла головой, разгоняя быстро мелькавшие вырезки из камасутры, но ничего не помогало. С каждой минутой Людмила все четче различала лица, движения, капли пота, стекающие по разгоряченным телам и даже, как ей казалось, слышала долгий протяжный стон.

В таких мучениях прошло около 45 минут, прежде чем в доме раздался настойчивый звонок. Людмила вытерла несколько соленых капель, встряхнула копной густых волос и не спеша направилась к двери, всем своим видом выражая, что собственно никого не ждала.

– Людмила Владимировна, принимайте. – Леха с невозмутимым лицом впихивал размякшее тело начальника в просторный холл.

– Что с ним?

– Со мной все в порядке, – отозвался сонным голосом сам начальник.

– Порядок – это когда мужчина чистый, опрятно одетый и сам может держать равновесие. А ты – жалкая пародия и на порядок и на мужчину! – С досады она толкает его в плечо.

– Я мужчина! Слышишь? Я мужик! А ты всего лишь баба! – Он подался немного вперед, подтверждая каждое слово ударом в грудь и невнятным возгласом.

– Мужчина, говоришь? А я, значит, баба? Хотела бы я посмотреть, как ты сейчас справишься без меня! – Она подняла глаза на Лешу.

– Но…

– Спасибо, Леша!

Парню ничего не оставалось, как выполнить приказ. Перетащив свою ношу на шею женщине (и в прямом и в переносном смысле), он удалился.

Как только хлопнула дверь супруги остались наедине, нависла тишина. Людмила думала, как поступить, а Евгений просто висел на ней, а это 78 килограммов костей, мышц и мяса. Оба молчали. И, наконец, когда Людмила приняла решение отложить упреки и месть до утра, муж подал слабый голос:

– Ждешь извинений?

– Уже нет.

– Значит, ждешь… – Евгений с трудом поднял голову, чтобы взглянуть в ее огромные грустные глаза. – Не дождешься! Я не обязан….

После последних слов Людмила сбросила с себя его руки. Раздался глухой стук, похожий на удар мишка с картошкой о землю.