Однажды в Птопае. Книга 3

Вдвоём они взялись за ручку помпы и надавили вниз со страшным скрипом. Раструб помпы зашипел и заплевался воздухом.

С минуту они раскачивали скрипящую, визжащую и свистящую колонку и вдруг внизу загудело, затем раздался хлопок и крышка водонапорного механизма, сорванная с резьбы шурупов, улетела в небеса, уносимая фонтаном десятиметровой высоты! Сверху на головы водо-добытчиков полился водопад. Дева завизжала. Схватившись за руки, и забыв про больную ногу, парочка с хохотом помчалась спасаться.

–– Мы же не утонем?! – вопила Санчес.

Через три улицы от них пришёл восторженный рёв. Это Антонио и Паулито увидели водяной столб.

* * *

В саду Гаи могло быть очень мрачно, особенно если день клонился к вечеру, и на небо набегали облака и закрывали предзакатное солнце. Тогда ухоженный сад превращался в настоящие джунгли… с беспощадными хищниками.

Вот и сегодня два таких – большой и маленький, крались в зловещих сумерках между пятью и шестью часами вечера! Хищник поменьше и по изящнее держал в лапах…, то есть, в руках – топор!

–– Стокла искупался, поел, теперь спит, – подобострастно докладывал большой хищник.

А Стокла и вправду спал. Спал и не ведал беды. Со всех сторон он был уютно завёрнут, в толстенький, ворсистый плед, и видел сон. Во сне, улыбающийся Алистер, одобрительно говорил – Ты уже вырос, совсем самостоятельный…

–– А ты меня бросил, – упрекнул брата Стокла.

–– Прости, я не хотел, так вышло, – Старший присел перед гамаком и погладил младшего по чёрным волосам.

–– Пора уходить, – вздохнул Алистер.

Младший отрицательно замотал головой и взмолился. – Ещё чуть-чуть останься, совсем немножко.

–– Ты не понял. Тебе пора уходить…

–– Что?

Гаи проснулся, стал лихорадочно водить глазами в поисках старшего брата. Из глубин сада пришёл стук топора, затем треск падающего дерева. Эльф скатился с гамака на траву.

Опять застучал топор.

Стокла поднялся и на трясущихся ногах побежал в сторону детской, поскольку совсем не сомневался: какое дерево сейчас предают погибели.

Ланца Зиги Элианту рубил, а Целепа держала за стволик, отклоняя его так, чтобы создавать напряжение в месте рубки. Один из стволов уже был срублен и лежал на траве в метре от преступников.