Шальная маркиза

Но перд его взором так и стояла стройная фигурка затянутая в коричневые замшевые бриджи и такой же жилет, плотно облегающий высокую и пышную грудь.

Но какое при виде его у нее стало лицо!

Марк разозлился сам на себя, он еще ни разу не вызывал у женщин такого открытого отвращения! И еще ни разу его тело так красноречиво не реагировало на женскую красоту, пусть даже слишком вызывающую.

– Вот же бесовка! – Выругался Марк, не ожидая от себя такой реакции на эту распутницу.

А как еще можно назвать женщину, не стесняющуюся показать себя со всех сторон? Да и он тоже хорош! Мало ему было Ненис Келбрук? Теперь еще и на эту слюни пускать взялся.

И не только голову.

***

– Ты что творишь? – Шипела Элоиз в ухо Лизи. – Это же герцог Шелбрук! – Ее возмущению не было предела. – Ладно ты мне платье испортила, но ты же еще и все планы отца ломаешь своим идиотским поведением.

– Я что, силком выманила этого идиота из своих комнат? – Возмущенно воскликнула Лизи, понимая свою ошибку, но и уступить сестре тоже не могла. Это негласное противостояние длится между ними сколько Лизи себя помнит.

– О! – Застонала Элоиз и приложив руку ко лбу покачала головой. – Ты не исправима Лизи! В общем так, сегодня очень важный день для меня, и для папы. Хоть сегодня ты можешь вести себя достойно? – Глаза Элоиз метали молнии.

Элайза вырвала все же руку из захвата старшей сестры и отошла к окну. Да она могла бы вести себя достойно и не раз пыталась стать хорошей дочерью и сетрой. Но каждый раз кто-нибудь выводил ее из себя настолько, что невозможно было смолчать или просто бездействовать. Что поделать, характер у нее не сахар!

– Элли, я постараюсь. – Мягко ответили Элайза.

– И не думай, что сможешь отсидеся в комнате! – Зло зашипела сетстра.

Хаккин*-цыган.

Глава 3

Марк недоумевал.

Хозяйские покои, как ему объяснила горничная, в правом крыле. Тогда, что эта отвратительная особа делает в комнатах  напротив?

– Демон забери эту идиотку! – Ругнулся Марк. Такое соседство могло стать проблематичным. Особенно для его нервов.

Да, признаться, он любил свободолюбивых женщин, но при этом не выходящих за рамки дозволенного. Ненси была такой, живой и свободной. Пока не показала свое истинное лицо и не перешла те самые, невидимые, границы.