Пиратская кровь

Волосы его были взъерошены ветром, а чрезмерная худоба делали его похожим на одного из страшных монстров, которыми полны рассказы старых моряков.

– Прямо по курсу, – повторил Винн. – Смотрите!

Беллами заметил, что и остальные смотрят в указанном французом направлении. Он тоже попытался разглядеть что-либо и некоторое время спустя заметил сквозь шторм, за туманной мглой резные склоны острова. Но там было что-то еще. Около первого силуэта стоял второй. На мгновение он подумал, что это могло быть их конечным пунктом.

– Мы прибыли! – воскликнул он удовлетворенно и принялся снова разглядывать пейзаж, спрашивая себя, какие небесные силы сделали его таким нереальным. Затем снова посмотрел на Винна. Он был поражен, увидев, что тот поспешно спускается с марса, повиснув на канатах, словно обезьяна, которая бежит от хищника. И он удивился еще больше, когда увидел, как тот понесся к кормовой каюте, крича, словно помешанный:

– Капитан!

Боцман с силой схватил его за плечи, и тот мгновенно развернулся, обеспокоенный больше интонацией его голоса, чем самим жестом.

Силуэт, который они разглядели, скользил сквозь туманную мглу, приближаясь к ним. Но корабль не шел на полной скорости благодаря ветру, который дул в противоположном направлении, и парусам, которые потяжелели от дождя. А потом произошло нечто, что повергло Беллами в шок. Размытая картинка, которую различали его глаза, погружалась в угрюмое бульканье в глубине этого штормового моря.

– На борт! – крикнул кто-то.

Беллами бросился в указанном направлении, пытаясь понять, что происходит.

– Он движется на нас! – завопил он, поняв в тот момент, что должен взять контроль над кораблем в свои руки, потому что он был уверен, что рулевой ничего не видел. При такой отвратительной погоде кто угодно не видел бы ничего дальше собственного носа.

Достигнув капитанского мостика, Беллами схватился за румпель за миг до того, как « Уида» содрогнулся от сильного толчка.

Сэмюэль Беллами оставался на ногах, даже когда мощная стена воды поднялась над правым бортом, ревя и гремя, будто буря, за которой они охотились. Последовал новый контрудар, и киль скрипнул. Рейки лопнули. Грот-мачта накренилась на бок.