Однажды в Птопае. Книга 1

Если бы отец не рассказал заранее, что Ацуко отказала ему в близости, то согласно гравюре, можно было подумать обратное!

На крутом склоне, с одной стороны которого была пропасть, а с другой росла горная сосна, Ацуко, частично обнажённая, полусидела в объятьях отца. Несколько слоёв кимоно были развязаны и приспущены на плечах и груди. Голова Ацуко лежала на плече Уильяма, лицо подставлено для поцелуя…

Артур хлопком закрыл хронику. Не то что бы он был сильно сконфужен, или излишне скромен… просто стало больно за маму.

Очень больно. Может и не такая красивая, как Ацуко, но преданная и любящая, однажды выходившая отца со смертного ложа, она ни чем не заслужила предательства со стороны своего мужа.

Теперь стало понятно, почему хроника находилась в сейфе!

Да он решил не осуждать папашу! Но смотреть на подобное оказалось выше его сил.

Для отвлечения от увиденного Артур Кэрроу вернулся мыслями к полковнику Хо и загадке убийства Закарии. И так, и эдак выходило, что Тайбай ни как не мог совершить подобного действия.

Только если он не был ростом с дракона и не держал в руках меч длинной с колонну!

Артур вдруг подумал: «Может и правда задать рыцарю Хо несколько вопросов, как советовал батя? И может ему повезёт в расспросах больше чем отцу?».

* * *

После того, как скромницу Хайне красиво разделали, то есть, раздели мечом, настроение у принца значительно улучшилось. Скажем так – он пришёл в некое игривое состояние.

Хайне увели с подиума, на столе у Хенрика заменили сервировку, на сцену, на трясущихся ногах вышла другая девочка.

Клиенты стрипзала, пребывающие в шоке, встретили стриптизёршу необычно молчаливо.

Заиграла музычка. Дева, начала демонстрацию эротических изгибов, приседаний и наклонов. Хенрик, после минутной оценки новой артистки, закрутил головой в поисках более интересного предмета.

Обстановка вокруг стола, за которым сидел его Высочество со свитой, казалась несколько напряжённой. Куда бы ни глянул будущий король Государства Перемен, он везде натыкался на косые, или негодующие, или злобные, или завистливые взгляды… или боязливые.

За столом слева, третьим по счёту, веселилась уже хорошо нагруженная алкоголем компания. Первый сын торговца Роналда Круса – Чуч, праздновал свои восемнадцать лет. Как и полагается – с шиком и размахом. Чтобы уместить всех друзей Чуча пришлось сдвинуть три стола. На них ломились синтетические яства, джин и дамский ликёр лились рекой… дамы за столом тоже присутствовали.