Я говорил, что люблю тебя?

– Черт, ты вообще кто такая? – спросил все тот же голос. – Ей что, никто не объяснил правил? – Сквозь дымовую завесу я с трудом рассмотрела пару силящихся сконцентрироваться на мне налитых кровью глаз. Чернокожий парень, которому они принадлежали, слащаво лыбился во весь рот. – Не надо нас отвлекать, крошка! Вали отсюда!.. Или оторвешься с нами? – Он шагнул вперед, протягивая мне остатки самокрутки.

Я решительно вознамерилась ее взять, но между нами встал Тайлер. Лизнув указательный палец, он затушил им кончик своего косяка и сунул косяк в карман.

Затем распрямился и злобно посмотрел на приятеля.

– Клейтон, какого дьявола ты творишь? – спросил он, кивая парню на руку. – Прекрати! Совсем с башкой поссорился?

Клейтон поднес косяк к губам, медленно затянулся и выдохнул дым прямо Тайлеру в лицо.

– Вот с башкой-то как раз я в полных ладах. Потому что дать ей затянуться – называется хорошими манерами. А не дать – грубостью, – ответил Клейтон и, выглянув из-за Тайлера, спросил: – Я прав, незнакомка?

Оставшаяся парочка парней снова прыснула, уже не обращая на нас внимания.

Думаю, они настолько обкурились, что им было все до лампочки; посмеиваясь, они просто стояли в глубине сарая с тупыми улыбками на лицах. Тайлера же весь этот спектакль, похоже, порядком достал.

– Братан, ты что, не понял? – Сделав шаг назад, он спиной врезался в меня. Я тоже вынуждена была отступить. – Ей это не надо. Сам на нее посмотри. – Тайлер задержал на мне взгляд – гораздо дольше, чем того следовало. Я даже почувствовала себя неуютно.

– Ладно, проехали, – сказал Клейтон. – Тогда гони ее взашей. Какого хрена она здесь околачивается?

– Самому интересно, – буркнул Тайлер, не сводя с меня взгляда. Я с отвращением покачала головой. Знает ли Элла, что, сваливая из дома, сыночек проводит вечера под кайфом?

Тайлер шагнул ко мне – и ударился обо что-то правым кулаком. Он машинально взглянул туда, и я вслед за ним. Там стоял маленький металлический столик, на углу которого пристроилась крохотная лампа.

Я уже хотела было отвести глаза, когда вдруг заметила, что именно лежит на столе. В свете лампы просматривались пачка долларовых купюр, несколько разбросанных кредиток и – что самое интересное – ряд аккуратных «дорожек» белого порошка.

– О господи! – шепнула я, быстро заморгав глазами, потому что не понимала: то ли от вдыхаемого дыма у меня начались галлюцинации, то ли то, что я вижу, вполне реально. – Боже, что это?

– Братан, кроме шуток, – подал голос Клейтон.