Пальмы в снегу

–Андрей, – обратилась Таня к Сильве, слегка приглушённым голосом поинтересовалась, – а расскажи вкратце о себе, как и чем живёшь? Если не секрет конечно.

–Да особо то и рассказывать нечего, – сказал Андрей дожёвывая и положив вилку на тарелку продолжил. -Работаю мало, зарабатываю много… Езжу на пятисотом Мерседесе… Живу в доме на берегу моря… Люблю встречаться с красивыми девушками, которые не спрашивают меня о чувствах… В середине дня могу нахлестаться коктейлями и подремать на веранде.

Данилу рассмешил ироничный ответ Андрея.

– Невыносимая лёгкость бытия! И куда делось старое-доброе классовое неравенство? – сострил Данила.

– У ты какой несчастный мальчик, – с материнской интонацией сказала Таня. – Я вот тут подумала.... – Таня сделала паузу, – А давайте ещё по одной выпьем! Мне так хорошо сегодня!

Налили ещё по одной стопке, но Таня попросила сделать ей "отвёртку" с апельсиновым соком.

– Я же работал директором в чешском луна-парке и колесил с ним по стране, – начал историю Данила, разбавляя в высоком стакане водку соком.

– Я хочу шра бу вака, – засмеялась Таня, произнося новое для неё слово протяжными слогами. И Данила протянул ей полный стакан с соломинкой и долькой апельсина.

Ещё раз чокнулись и Данила быстро выпив стопку, ещё борясь с водочной отрыжкой, весело спросил Таню:

– А чураку в пичу не хочешь?

– Чурака это тоже коктейль? – Таня поставила наполовину опустевший стакан на стол.

– Нет, Таня. Это не коктейль. Чурака по-чешски – хуй. – Данила произнёс эту фразу хорошо поставленным громким и торжественным басом.

Сильва улыбнулся. Таня, как будто и не заметила скабрёзного выражения, неожиданно обратилась к Андрею.

– А зачем тебе искать какую-то тёлку и тем более сегодня? Ты что то говорил, про пятьсот баксов? За эти деньги я готова сама дать и не раз. Поверь, я ещё та тигрица и умею делать такие вещи, что твой чурак навсегда запомнит мою пичу и будет на меня вставать в любую погоду…

Повисла короткая пауза..

Ну ничего себе психологический этюд в кухонных тонах, подумал Данила.