Странная месть

Согласно заключению экспертизы, смерть наступила от остановки сердца, что было вызвано гипотермией и смертельным коктейлем из спиртных напитков и наркотиков, остатки которых были разбросаны в летнем домике.

И все бы это вполне могло сойти за несчастный случай, трагические последствия распутного и бездумного образа жизни, если бы не Изабель Ван Аллен. Пока все остальные старались хранить молчание, она заговорила открыто и прямо с прессой, раздавала интервью направо и налево, всячески намекая, что за этой трагедией, свидетельницей которой ей довелось стать, стоит нечто большее.

Она всегда испытывала тягу к сенсациям, к тому же обладала даром слова, и использовала оба эти качества в своих интересах. Через полгода после смерти Эдвина Грина она издала роман под названием «Жертва зимы». Эту книгу можно было бы расценить как чистой воды выдумку, но все знали правду и сразу смекнули, что речь в романе идет о том, что случилось в Лайонсгейте.

Все герои были описаны с необыкновенным тщанием, хотя имена, конечно, изменены, все их пороки и тайны, ставшие достоянием общественности, обрисованы цветисто и со смаком.

Но скандал вызвала даже не сама эта книга. Скандал вызвал тот факт, что в ней писательница излагала версию, отличную от официальной, выдвинутой коронером, который вел расследование, и утверждала, что скончался Эдвин Грин вовсе не от передозировки и гипотермии. Нет, вместо этого она утверждала, что то было убийство, что Грин стал жертвой молодого человека по имени Брэдфорд Гленн, который был его соперником в борьбе за внимание Беатрис Лайонс.

Брэдфорд, как было написано в книге, воспользовался беспомощным состоянием Эдвина Грина и вытолкал его в мороз на улицу, где несчастный и скончался.

И, разумеется, не было предпринято никаких легальных мер. Ведь доказательств не существовало. Но мистера Гленна, тем не менее, опозорили и изгнали из общества.

Что же касается самой Изабель Ван Аллен, то издание этой книги возымело совсем не тот эффект, на который она рассчитывала.

Да, она заработала на ней довольно много денег, но была подвергнута остракизму. От нее отворачивались все, кто втайне упивался чтением этого романа, зато на людях называли его самой вульгарной и низменной эксплуатацией чужих несчастий. Дело закончилось тем, что она уехала в Кению. Это последнее, что я о ней слышала.

Реджи Лайонс запер свое поместье и уехал жить за границу.