Неотразимая графиня

Несколько слуг вышли из дома и подошли к гостям. Каждый, орудуя веслом, подгонял лодки поближе.

– Однажды он ушел, а я потом нашла несколько отрывков стихов, которые он написал, пока отсутствовал. О птице, опустившейся на борт, разных оттенках воды, соответствующих каждому сезону… О том бесконечном спокойствии, которое он ощущал в своей душе, когда был один на озере.

Голова кружилась, Себастьян с недоверием смотрел на Лию. Все это была ложь. Йен был известен публичными чтениями стихов и прозы, но делал это довольно редко и исключительно с целью добиться расположения дам.

Единственным стихотворением, которое, как знал Себастьян, написал Йен, был шуточный стишок о шлюхе моряка и деревянном члене.

– О, как дивно это звучит! – воскликнула миссис Майер, другие леди поддержали ее. – Может быть, сегодня вечером вы прочитаете что-нибудь из его сочинений?

– Я… – Лия издала неопределенный звук, и хотя другие гости подумали, что ее захлестнули эмоции, Себастьян предположил, что она растерялась. – Да, конечно.

Возможно. Но я слишком заговорилась. У нас четыре лодки. Думаю, мы должны разделиться на две группы по два человека и по три. И в каждой лодке обязательно должен быть джентльмен, который сядет на весла.

Она сделала паузу, и даже под зонтом, частично загораживающим ее профиль, он видел расчетливый наклон ее головы, когда она решала, как распределить гостей. Не важно, куда она намерена посадить его, он планировал отказаться. Наряду с некоторыми любопытными моментами развлечения ее ложь поселила в нем убеждение, что он не должен доверять ни одному решению, какое бы она ни приняла.

Катание на лодках. Любимое развлечение Йена. О, ради Бога!

– Мисс Петтигру, миссис Томпсон, почему бы вам не присоединиться к мистеру Данлопу? – предложила Лия. – Лорд Эллиот и миссис Майер в следующей лодке. Мистер Майер, леди Эллиот, лорд Райтсли. Итак, остаюсь я и мистер Купер-Джайлс. – Черный зонтик пошевелился, и лучи солнца, упавшие на ее лицо, даже через вуаль осветили скромную улыбку. Она взглянула на барона: – Разумеется, если вы не возражаете против того, чтобы слушать мои воспоминания о мистере Джордже.

– Конечно, нет, мадам, – ответил Купер-Джайлс. – Это доставит мне удовольствие.

Себастьян скрестил руки на груди и нахмурился. Неженатый Купер-Джайлс вовсе не был негодяем, способным скомпрометировать вдову. Кроме пагубной склонности к сплетням, юный барон, возможно, был образцом морали среди них всех. Но Лия вызывала у Себастьяна беспокойство.