Неотразимая графиня

И как грустно, что сейчас поводом к этому послужили ее погибший муж и его любовница!

Очевидно, на этот раз лорд Райтсли не смог игнорировать иронию в ее голосе. Тончайшая вуаль не спасала от его пристального взгляда. Лия подняла голову и улыбнулась.

На его скулах заиграли желваки.

– Вы только сейчас так относитесь к мужу или и раньше знали об их романе?

– Я думаю, он начался через четыре месяца после нашей свадьбы, хотя я узнала о нем гораздо позже. – И хотя она могла проклинать его, кричать на него, она не находила в себе сил, чтобы ненавидеть его.

– Четыре месяца спустя… Их роман длился целый год? – Райтсли вскочил на ноги и начал ходить из угла в угол, ероша волосы. Он резко остановился в другом конце гостиной, спиной к ней, и уставился на закрытые жалюзи окна.

Лия наблюдала за ним, сидя на софе. Нельзя сказать, чтобы у нее не было сочувствия – одному Богу известно, что она испытала, узнав правду. Но, долгое время сдерживая свои чувства, сейчас Лия почему-то ощущала смущение, наблюдая взрыв эмоций, которые граф даже не пытался скрыть.

Райтсли тем временем прислонился к стене, опустил голову, будто от усталости больше не мог устоять на ногах.

Лия отвернулась и вновь взглянула на него спустя несколько секунд. Может быть, она допустила ошибку, рассказав ему? Вовлекая его в секретный мир, который она не делила ни с кем? Сейчас, видя, как дрожат его плечи, она ощутила, как рана, которая едва затянулась, вновь открылась и закровоточила.

Она поднялась с софы, тщательнее прикрыв лицо вуалью.

– Пожалуйста, извините меня, милорд, я должна идти…

– Нет. – Он повернулся так быстро, что она успела заметить в его глазах не только боль, но и гнев. – Вы не уйдете.

Она инстинктивно выпрямила спину.

– Милорд?

Райтсли встал перед ней.

– Вы должны рассказать мне. Когда вы узнали о том, что происходит между ними? Я имею право знать.

– Да? И что же я должна рассказать? Извините, лорд Райтсли, но ваша жена, кажется, имела особое пристрастие к пенису моего мужа.

Он замер, глядя на нее.

Лия заморгала. Господи! Она сказала слово «пенис».

Каждая жилка в ее теле дрожала от унижения, а горло перехватило от желания извиниться, но нет, она крепко сжала губы. Удовольствие от этого маленького вызова удивило ее, и глаза Райтсли сузились, когда Лия подняла подбородок.