Сокрушенная империя

Неужели?

Зак протягивает мне руку, но я ее игнорирую.

– Надеюсь, только хорошее.

Он облизывает губы, рассматривая меня с ног до головы.

– Очень хорошее.

Да, очевидно мы все сегодня повеселимся.

Я собираюсь пожать Заку руку, но Джейс меня опережает. Он сжимает ее с такой силой, словно пытается оторвать.

– Я ее старший брат.

После этого Коул стучит Зака по спине. Сильно.

– И я.

В груди начинает шевелиться раздражение. Чертовы стервятники.

Вздрогнув, Зак кивает.

– Привет, я… – Он сбивается.

– Мой новый парень, – приходит на помощь Хейли.

Джейс и Коул обмениваются взглядами.

– Тогда тебе лучше глазеть на свою девушку, а не на мою младшую сестру, приятель, – рычит Джейс, а затем возвращается к грилю.

– Если ты хочешь, чтобы тебе было чем глазеть, – угрожает Коул, прежде чем откусить бургер.

Бедный Зак выглядит так, словно вот-вот запачкает штаны. Слабак.

– Так, мальчики, угомоните свой тестостерон, – шутит Сойер, подходя к своему жениху.

– Не обращай на них внимания, – добавляет Дилан, игриво хватая Джейса за задницу и целуя его в шею.

Злость в глазах Джейса быстро сменяется желанием. Мерзость.

Сойер кладет на тарелку два бургера и отдает ее Хейли и Заку.

– Держите. Очень вкусные.

Коул бросает на нее недовольный взгляд, но она поднимается на носочки и целует его в нос.

– Расслабься, Колтон.

Мой брат растекается, словно масло в жару.

Если хоть одна из них ждет от меня спасибо, то у них точно больше шансов увидеть единорога.

Ситуация становится более напряженной, когда Морган и Оукли подходят к нам, чтобы положить себе еще еды.

– Привет, – пищит Хейли своему бывшему.

Оукли расцветает на глазах.

– Привет. Как ты?

Какого хрена?

Я ничего ему не сделала, а он относится ко мне как грязи на своих ботинках последние два года. Но тут Хейли – его чертова бывшая – говорит «привет», и он ведет себя так, словно она сраную радугу в небе нарисовала.

Это нечестно.

Он единственный, кого я хочу… и единственный, кого не могу получить. Так что помоги мне, Господи, возможно, я сегодня убью эту суку.

Я бросаю свою тарелку с недоеденным бургером на землю. Мой день рождения еще даже не наступил, но он уже дерьмовый. Я так устала от того, что недостаточно хороша для него. От того, что мое сердце разрывается из-за человека, который меня ненавидит.

И все из-за одного поцелуя.

Мама была права.