Слова

То есть очевидно, что он настоящий, но… боже правый. Он огромен.

И я не говорю, что он как у порнозвезды. Скорее имею в виду, что член огромный в действительно тревожном смысле, и науке не помешало бы его изучить.

– Боже. – Клянусь, чем дольше я смотрю на него, тем больше он становится. – Чем, черт возьми, ты кормишь эту штуковину?

Феникс издает сдавленный смешок, прежде чем выражение его лица становится серьезным, и он прижимает большой палец к моей нижней губе.

– Через минуту он полакомится твоим ротиком.

Верно.

Я обхватываю рукой его толстый ствол. Несмотря на то, что он твердый как камень, когда я медленно глажу от основания до головки, на ощупь он напоминает разгоряченный атлас.

Феникс резко вдыхает, когда я повторяю движение, и, не сумев сдержаться, я поднимаю взгляд. Его губы слегка раздвинуты, глаза прикрыты, а грудь вздымается и опадает в рваном ритме вдохов. Языки воображаемого пламени достигают низа моего живота, пока я провожу подушечкой большого пальца по широкой блестящей головке, распределяя по ней перламутровую каплю жидкости.

Тяжело сглотнув, Феникс сдавленно произносит:

– Леннон.

В его тоне слышится нотка отчаяния, и это лишь подстегивает меня, когда я принимаюсь двигать рукой.

Сместившись, я опускаюсь до тех пор, пока моя голова не оказывается над его коленями.

– Я никоим образом не смогу заглотить его глубоко.

Полагаю, стоило это обозначить в самом начале. А что, если по какой-то сумасшедшей случайности найдется женщина, способная засосать эту штуку целиком? Науке, вероятно, следует изучить и ее тоже, потому что она должна быть наполовину змеей, чтобы суметь раздвинуть челюсть так широко.

– Мне плевать, просто возьми его в рот. – Голос Феникса напоминает глубокий рокот.

Прикоснувшись губами к головке, я слегка целую ее, пробуя соленую жидкость на вкус, а затем отстраняюсь.

– Чтобы я смогла продолжить, ты должен показать, что именно тебе нравится.

Поскольку я желаю доставить ему настоящее удовольствие.

Намотав мои волосы на одну руку и сжав член второй, Феникс снова придвигает меня к нему.

– Открой.

Когда я делаю так, как велено, он вводит свою набухшую головку мне в рот.

– Лижи.

Я провожу языком по маленькой щели, и с его губ срывается стон.

– Еще.

Проведя языком по всей головке, я облизываю ее так, словно это лучшее, что я когда-либо пробовала, и мне не хочется упустить ни капли.

– Проклятье. – Феникс сильнее сжимает мои волосы. – А теперь соси.