Слова

Я наблюдаю, как напрягаются запястья Феникса, когда он сжимает руль и выезжает из моего района, нарушая несколько правил дорожного движения.

Когда песня заканчивается, он нажимает кнопку паузы на стереосистеме.

– Во сколько у тебя комендантский час?

– С чего ты взял, что у меня он есть?

И откуда, черт возьми, он знает?

Феникс ухмыляется.

– Ты напоминаешь подобный тип.

Мне хочется спросить, что это значит, но тут он бросает мне свой телефон, который транслирует музыку на стереосистему.

– Давай, Группи[10 - Группи – поклонница, сопровождающая своих кумиров во время турне.]. Выбери что-нибудь хорошее.

Оскорбительное прозвище заставляет меня прищуриться.

– Да пошел ты. Я не группи.

Я поклонница. Чертовски большая разница.

Испытывая раздражение, я прокручиваю плейлист на его телефоне. У нас схожие вкусы. Он даже слушает некоторые малоизвестные группы, которые мне тоже нравятся. И за это получает еще одно очко в свою пользу.

Однако меня по-прежнему раздражает его замечание о группи, поэтому я выбираю песню, отражающую мой настрой.

И одариваю Феникса ухмылкой, когда из динамиков звучит I Hate Everything About You группы Three Days Grace. Его губы слегка подергиваются, а затем растягиваются в сексуальной улыбке, от которой у меня замирает сердце.

И я благодарна, что остаток поездки мы просто наслаждаемся музыкой.

* * *

Меня сбивает с толку, что мы останавливаемся перед небольшим домиком.

– Где мы?

Я подумала, что он отвезет меня к себе, чтобы мы могли позаниматься.

– Расслабься, – говорит он, вылезая из машины. – Это не притон.

Не знаю, как воспринимать его замечание. Феникс меня успокаивает… или высмеивает? Очень надеюсь, что не последнее, потому что я совсем не в том настроении.

Я вылезаю вслед за ним.

– Уж прости, что я хочу знать, куда парень, с которым я даже не разговаривала, ведет ме…

Я замолкаю, заметив, как он надвигается на меня… И медленно отступаю, пока не упираюсь спиной в окно его машины.

– В чем дело? – Угрожающий блеск затемняет его глаза, когда он проводит взглядом по моему телу, заставляя чувствовать себя обнаженной и беззащитной. – Боишься, что я собираюсь овладеть тобой? Совершу все эти грязные вещички, о которых ты мечтаешь, когда ночью остаешься одна в постели и… ласкаешь себя?

Господи, как бы мне этого хотелось.

Он наклоняется ко мне, и его губы едва касаются моего уха, вызывая волну мурашек.