Бессердечный принц

– Извин…

– Вали отсюда, – раздался грубый голос в ту же секунду, когда я приземлила свою пятую точку на стул.

Повернув голову, я не знала, чего мне хотелось больше – смеяться или плакать. Джейс стоял, оперевшись на парту, и сверлил меня своим взглядом.

– Выбери себе другое место. Живо.

Дилан, дыши.

Я посмотрела ему прямо в глаза и сказала:

– Нет, мне и здесь хорошо.

Его глаза тут же поменяли цвет, стали темнее, в них читались опасность и раздражение.

– Поверь, это место тебе не подходит.

– У вас какие-то проблемы, мистер Ковингтон? – спросила преподавательница.

Он обратил свое внимание на нее.

– Да. Эта стер…

– Заставь меня.

Если раньше я не была уверена, что все следили за нашим представлением, то после этой фразы все внимание было явно приковано к нам.

Джейс понизил голос, чем заставил мое сердце биться чаще.

– Тогда мне придется к тебе прикасаться. – На его лице появилась презрительная ухмылка в момент, когда мы встретились взглядами, и он выдал: – А в этом случае я пас.

Мне пришлось притвориться, будто его слова ни разу не ранили меня, хотя на самом деле было чертовски обидно и больно.

– Хорошо. – Я выпрямила спину, гордо посмотрела вперед и сказала: – Тогда ты вполне сможешь сидеть со мной, просто не касайся меня, как ты сказал, и не будет никаких проблем.

Возможно, я нарывалась, но мне уже было все равно. Яснее ясного, что это был уже не мой Джейс.

Я достала планшет, чтобы начать делать записи, как вдруг он снова заговорил:

– Ты права. Я просто подумал, что ты захочешь сесть с Оукли.

Весь класс тихо захихикал. Каждое его слово, словно кинжал, вонзалось в мое сердце, отчего все в груди сжималось и мне хотелось корчиться, кричать от боли, но не физической, а душевной.

Джейс пнул рядом стоящую парту, и сонный Оукли поднял голову, посмотрев на Джейса.

– Урок уже кончился? Давайте сходим за блинчиками?

Тихое хихиканье превратилось в громкий смех, пока Джейс не вернулся к свой цели – всеми способами унизить меня.

– Кажется, Дилан хочет сесть с тобой, бро.

Даже тупой уже наверняка бы понял его намек – так ясно и четко он это преподнес. У меня внутри все перевернулось. Думаю, Дилан лучше поест грязи.

– Нет, мне…

– Я знаю отличное место, куда она может сесть, – выдал Оукли, прерывая меня. – Снова.