Тени наших дней

– Уверен? Под глазами два фингала. Не дает столица продышаться, верно? Ловушка для наивных обывателей. Красивая картинка, а за ней бесконечные проблемы.

В ответ Кир лишь равнодушно хмыкнул.

– И как Оля допустила такие лохмы у тебя на макушке?

– А каким образом ее касаются мои лохмы?

– Повзрослел, значит.

– Вроде того, – холодно ухмыльнулся Кирилл. – Я поднимусь?

– Конечно!

– Хочу душ принять. Из еды что-нибудь найдется?

– Да-да, иди, я просто… ты врасплох меня застал, я даже не думал… – Альберт шагнул в сторону кухни, но остановился и досадливо растянул: – Я совсем тебя не ждал.

– Пап…

– За свой счет возьму.

– Не парься, ладно? – Кирилл повесил рюкзак обратно на плечо. – Все путем.

– Ты точно в порядке? Глаза у тебя какие-то…

Парень замер. Отец так посмотрел на него, будто все увидел.

– Какие? – как можно спокойнее поинтересовался он и сдавил в пальцах ремень. Узкий коридор вмиг показался нестерпимо крошечным, просто издевательски маленьким.

– Грустные они.

– Не выдумывай.

– Поднимайся, а я внизу подожду. Еще не поздно, так что…

Не поздно для чая или вернуть их былое общение? Отец так и не закончил мысль. Подошел к сыну и внезапно крепко обнял его.

Кирилл же, смутившись, похлопал его по лопатке.

– Рад, что ты приехал, – сказал Бродский-старший и направился на кухню, а парень кивнул и сдавил переносицу.

Кирилл поднялся по широкой лестнице и остановился, услышав шорох. Клацанье чьих-то когтей о деревянный паркет. Он оглянулся и удивленно вскинул брови:

– Джамбо?

Огромный черный лабрадор с заплывшими глазами тяжелой, покачивающейся походкой направлялся к парню, грузно дыша. В его движениях уже не виднелось былой ловкости и энергии, он ступал медленно, точно породистый жеребец на показной ярмарке, но глаза смотрели радостно и преданно.

– Джамбо! – воскликнул Кирилл, сбросил с плеча рюкзак и упал на колени перед собакой. Вспышка, и ему снова восемь, а Джамбо снова два. Кир и сам удивился, что так громко выкрикнул имя старого друга, что рухнул на колени. Пес коснулся мокрым носом его ладони, и он усмехнулся. – Ну от тебя и несет.

Пахло от него и правда паршиво, но Кирилл не спешил подниматься.