Смертельно прекрасна

– А ты думала, мы приедем в отель для ведьм?

– Хватит, просто хватит их так называть, пожалуйста! – прошу я, закрывая ладонями лицо. – Будто и так неясно, как глупо все это со стороны выглядит.

– Вот именно, – подначивает Мэтт и открывает дверь. Он усмехается, словно мне и так недостаточно паршиво. Видимо, надо еще и закричать на весь мир, что он прав. И станцевать танец униженной идиотки. – Вы идете?

– Прямо так и пойдем? – неожиданно интересуется Хэрри.

– Странно. Сам сюда ездил и нормально себя чувствовал.

– Мне не страшно. Я к тому, что вы ничего не взяли.

– А что надо взять?

Хэйдан закатывает глаза и вылезает из машины. Решительно обойдя пикап, он стягивает брезент с кузова. Мои глаза ползут на лоб.

– Давай сразу обговорим это, Хэрри, – предлагаю я, скрестив на груди руки. – Никто не предупреждал, что ты третий брат Винчестеров.

В машине валяются биты, веревки, фонарики… Взгляд у меня такой же растерянный, как и у Мэтта. Парень покачивает головой и едва слышно произносит:

– Сумасшедший дом.

– Нужно ко всему быть готовым.

– И поэтому в твоей машине черная изолента? – Мэтт берет ее, крутит в тонких пальцах и кидает обратно. – Кто из нас сабмиссив, кто доминант? Устроим здесь несанкционированный роман Эл. Джеймс.

– Ты читал «Пятьдесят оттенков»? – я ошеломленно смотрю на Мэтта. – О господи, не знаю, что хуже: Хэрри с битой или ты с этой книженцией.

– Ее Джил читала.

– Ну да, конечно. Оправдывайся теперь.

– Так, ребята, у нас нет времени, – Хэйдан хмурит брови и становится совсем не тем Хэйданом, который заикался при первой встрече. – Мэтт, я тут взял твой лук.

– Что взял?

– Твой лук, стрелы. Ты же ходишь на спортивную стрельбу, и я решил…

– Так, хватит. Что за ахинея? – перебивает Мэтт. – Я тебе что – Робин Гуд? Черт тебя дери, Хэрри, ты спятил? Какой лук? Откуда эти вещи вообще в кузове?

– Я подумал…

– Не надо ни о чем думать. Мы здесь лишь затем, чтобы Ари потешила собственную фантазию.

– Но я видел! – горячо возражает Хэйдан. – Я видел, как тети Ари…

– Прекрати! – Мэтт ловко накрывает брезентом кузов, и над нами поднимается столб пыли. Он переводит взгляд на брата и неожиданно кажется мне раздраженным и до ужаса правильным. Он как заноза в заднице. – Шевелитесь. Не хочу проторчать тут до утра.

А я еще думала, что он добрый.