Смертельно прекрасна

 – Кажется, это тетя Норин. – Еда остывает.

К ужину? В смятении застываю. Который час? Сколько я просидела в ванной?

– Хорошо. Сейчас выйду.

Тетя уходит. Прекрасно! Со мной явно что-то происходит, и это начинает меня раздражать.

Я спускаюсь, вытирая волосы полотенцем. Тетя Мэри сидит за столом, а Норин крутится у плиты. На ней опять этот дурацкий фартук.

– Мы уже подумали, ты утонула, – язвит Мэри-Линетт, откусывая яблоко.

Сажусь на стул и поджимаю под себя ноги. Норин раскладывает приборы.

– Тебе помочь?

– Нет, уже готово. – Тетушка чуть раздвигает губы, и я улыбаюсь – рада видеть улыбку на лице тети Норин, ведь она так редко там бывает. – У тебя все хорошо?

– Ага.

– Точно?

– Да, вполне.

– Как дела в школе? – Мэри-Линетт хитро прищуривается. – Только не ври, мы тоже в школе учились и помним, какое это паршивое место.

Задумываюсь, сказать правду или солгать. Признаться, что видела нечто странное или промолчать? Норин и Мэри-Линетт теперь самые близкие люди, но я не доверяю им.

– День был необычным, – медленно начинаю я, краем глаза наблюдая, как тетя Норин садится рядом с Мэри-Линетт и раскладывает на коленях салфетку. – Я вступала в разговор раз восемь. Из них шесть – с учителями.

Тетушки молчат, невинно изучая меня похожими взглядами. Притворяются? Что ж, ладно. Я набираю в грудь побольше воздуха и продолжаю:

– Ребята не обрадовались, когда к ним в школу пришла девушка из семьи Монфор.

– И почему же? – спрашивает тетя Норин, накалывая на вилку макаронину.

– Это вы мне объясните.

– Просто ты новенькая, вот и все. Со всеми так бывает.

– Новенькая, – эхом повторяю я, не сводя глаз с тетушек. – Серьезно?

Они спокойно едят, звеня приборами о тарелки, а я протяжно вздыхаю, поникая. У них явно отсутствует актерский талант, лгать они абсолютно не умеют.

– Мама рассказывала мне истории про вашу бабушку Рамону Монфор и ее «умение предсказывать погоду». Чушь ведь, правда? Но, видимо, люди в Астерии реально во все это верят! И верят серьезно, потому что целый день на меня смотрели так, будто я как минимум вестник апокалипсиса.

– Вестник апокалипсиса, – усмехается тетя Мэри и отпивает красного вина, – тебе не кажется, что ты преувеличиваешь? С чего бы им так о тебе думать.

– Это я и хочу узнать. Почему люди в Астерии так относятся к нашей семье?

– Как относятся? – интересуется тетя Норин, чем ужасно выводит меня из себя.