Одинокие души

Леша – мой единственный и, пожалуй, самый лучший друг. Его слова, все его выводы – мои слова, мои выводы. Мы неоднократно обсуждали данную ситуацию, я даже просила его поговорить с Кариной. Но все бесполезно. Такое чувство, будто мою сестру подсадили на наркотики и теперь она не может сидеть дома, потому что ей необходима очередная доза.

– Я думала, ты на похоронах, – тихо протягиваю я и смотрю на Астахова. Его каштановые волосы растрепаны, словно он только что проснулся. – Кажется, у Ситковых соберется вся школа.

– Не для меня такие сборища, – горько усмехается парень. – Как по мне, так похороны – это пустая трата денег.

– Почему?

– Сама подумай. Приходят незнакомые люди, начинают говорить о уже мертвом человеке так, словно он был их лучшим другом, едят, пьют далеко не вишневый компот. К чему все это? Я считаю, прощаться с человеком должны только близкие. Никого лишнего: родители и лучшие друзья.

– Наверное.

Астахов кивает и бредет на кухню. Там по-хозяйски наливает себе воды и вновь поворачивается ко мне.

– А ты чего не пошла?

– По той же самой причине, что и ты. – Сажусь за стол. – Тошнит меня от похорон. Не люблю мероприятия, в которых главную роль исполняют покойники.

Леша усмехается и растирает руками лицо. Только сейчас я замечаю, что парень выглядит уставшим. Задумываюсь: может, он подавлен смертью Вовы? Они иногда общались на перемене, но вряд ли это сделало их друзьями.

– Послушай, Лия, – медленно начинает он, и я выплываю из мыслей. – Мы должны что-то сделать, иначе потом будет поздно.

– О чем ты?

– Я о Карине.

– И что мы можем сделать? Моя сестра сошла с ума, и единственное, чем мы можем ей помочь, это упрятать в психушку.

– Понимаешь… Я уже сталкивался с таким! – с горечью признается парень. – Ничем хорошим подобные вещи не заканчиваются, поверь мне.

– Я знаю.

– Так что давай расскажем твоим родителям.

– О да, давай! А потом нас с Кариной обеих запрут дома до сорокалетия!

– Но тогда она хотя бы будет цела, понимаешь? – Леша подходит ко мне и смотрит в глаза так серьезно, что я буквально ощущаю, как на мои плечи ложится все больше и больше ответственности.

– Но я…

– Не перебивай меня. Дослушай. – Он выдыхает. – Им было очень трудно, Лия. Я видел это. Твоя мать не находила себе места, она каждый день прощалась с тобой и жила в страхе, что ты не очнешься.