Сон о принце

Кто-то за пределами видимости звал врача, кто-то докладывал, о каком-то выключении, а кто-то просто орал что-то непонятное… А всего мгновение спустя уже можно различить их силуэты. Они постепенно проявлялись, обретая цвет и характерные черты. И вдруг очень четко прозвучал голос принца:

– … дай хлебнуть из твоей фляжки, а то как вспомню милую девушку…

– Опять! – невольно возмутилась я.

Моментально в комнате все стихло, только выпавшая из рук высочества фляжка, глухо ударившись об пол, забулькала, щедро разливая содержимое.

Первым отмер принц, негромко спросив:

– Мадмуазель-сударыня, это вы?

– А вы ждали кого-то другого? – не удержалась я от подначки, – сами же хотели увидеть образ поэффектнее. Мечтали упасть к моим ногам. Даже замуж грозились взять, если произведу на вас сильное впечатление. Считаете слабовато получилось? Надо посильней?

Крепыши в униформе пришли в движение, быстро отгородив принца от мира своим кольцом.

Однако их подопечный нашел в себе мужество выйти из-за спин. Хотя рука, которой он отстранил ближайшего телохранителя, заметно дрожала. Тем не менее, голос был тверд, хоть и тих:

– Мадмуазель-сударыня, вы богиня?

– Есть кое-кто, кто так считает, – ответила я, вспомнив Валерку, – но это вопрос теоретическо-теологический, уводящий в сторону разговор от наших дел.

– Где вы?

– Там же где и вы, в своем сне.

Кто-то где-то ахнул, кто-то выругался, пара телохранителей недоуменно переглянулись.

Принц же, сделав глубокий вдох, казалось, сумел окончательно взять себя в руки.

– Не могли бы вы показаться, – довольно решительно потребовал он, – поскольку в вопросах брака нужны свидетели, да и мне, признаться, хотелось бы видеть глаза невесты.

Желание заглянуть в глаза медузы Горгоны меня так развеселило, что моему ответу пришлось с боями пробиваться сквозь невольные смешки:

– Мы же уже говорили с вами о сбывшихся желаниях.

Неужели еще не научились опасаться их осуществления?

– Нет, любое осуществление желаний, дает возможность идти к чему-то новому, и получение ошибочных или неожиданных результатов является естественной частью этого пути, – высочество говорил красиво, но абсолютно искренне, – боязнь же непредвиденного заводит в тупик беспочвенных страхов, сводящих движение вперед, как минимум, к топтанию на месте.