Солнечный песок

После того как костёр перед гостевым шалашом начал угасать, и охотники вместе с Аккрумом стали размещаться на ночлег, забираясь в горизонтальные насесты, подвешенные над землей и закреплённые на сваях шалаша, рептилоантр скользнул в темноту и добрался до центра Коарума. У крестообразного костра Огнесолнца на корточках сидел шаман, весь завёрнутый в змеиные кожи, и что-то выкалывал тонкой косточкой на плоской деревянной дощечке. У костра больше никого не было – завтра собирался новый день, полный труда и работы для реализации насущных потребностей.

Начиналось тропическое лето, а это означало поднятие уровня воды в Чёрной Реке, влекущее за собой новую цепь задач по выживанию.

Шаман сидел возле вертикально установленного у костра высокого, испещрённого зарубками, бревна, на котором вот уже много времени болотные охотники отмечали цикл природы – полную воду. Его тело покрывали узоры, укусы насекомых, а на плече, умышленно не покрытом одеянием из пятнистых кож, виднелся шрам от укуса Великой Змеи, благодаря которому, он и оказался выбранным на исполнение культа.

Более десятка зарубок тому назад, на тогда ещё обычного рыбака, которой сидел над ручьём с острогой, напала Великая Змея и выбрала его, таким образом, среди прочих. Шаман был стар – у него уже выпали клыки и побелели волосы. Он сидел у костра в змеиной маске и выкалывал на дощечке одному ему ведомые цепочки точек.

– Слава Огнесолнцу! – приветствовал Арум ведущего, как и все шаманы болотных антров, ночной образ жизни. – Арум из клана рептилоантров приветствует тебя, шаман Змеи.

Шаман на время отложил своё занятие и посмотрел на вышедшего из темноты охотника. На него смотрел сильный и молодой антр; в свете ритуального костра его кожа выглядела горящей, на руке у него висел костяной нож, а за спиной маячили копьё и колчан. Шаман махнул ему рукой, приглашая разместиться рядом с собой.

– Ты сын Аккрума? – осведомился шаман у рептилоантра.

– Нет, шаман, я сын Арума-охотника, – ответил молодой антр и присел рядом с ним, положив на землю оружие.

 – Отец немощен, у него холодная болезнь.

– Холодную болезнь не вылечишь – это проклятие.

Арум зачерпнул горсть золы и медленно высыпал её через сжатый кулак на землю.

– Шаман Великой Змеи я пришёл к тебе не за этим!

– Что ты хочешь знать, сын Арума-охотника? – шаман окончательно оставил выкалывание точек на дощечке и повернул в рептилоантру лицо-маску. Сквозь прорези для глаз в тонкой чешуйчатой коже на Арума смотрели запавшие чёрные глаза.