Научи меня любить

То же самое, кстати, твой Федоровский говорил. Помнишь?

– Прости, милый. Я постараюсь. Не дуйся. Просто это реальный шанс, не хотелось упускать. Сегодня – завтра у меня овуляция. Понимаешь…

– Яна, – перебил Сашка, – давай без оправданий. Либо делаем, либо нет. Но превращать жизнь в набор правил, что и когда делать, это просто бред. Мы не знаем, когда это получится. Но если постоянно думать об одном и том же, то можно вполне загреметь в дурку.

– Ну все, тише, тише, я поняла, – прошептала Яна, осыпая поцелуями лицо рассерженного мужа.

 – Давай уже обедать. Я подогрею.

Она ловко разложила в тонкие фарфоровые тарелочки пышный толченый картофель, сдобрив подливой и укладывая сбоку пузатые румяные котлеты, а затем отправила их разогреваться в микроволновку.

Себе поменьше – пару-тройку ложек пюре, кусочек куриной грудки, и лучше не подогревать. Пританцовывая, она расставила тарелки на стол, бегло осматривая, может что забыла. Взгляд цепляется за столовые приборы – аккуратно выставленные в параллель нож и вилку – подле своей тарелки и Сашиной.

Виновато взглянула на мужа, улыбаясь, тихо спросила:

– Милый, тебе, как всегда, ложку?

– Да, малыш, мне, пожалуйста, ложку…

3

Обедали молча.

Яна в нетерпении поерзывала на стуле, но упорно ждала, когда муж доест. Когда она впервые столкнулась с таким поведением за столом, тогда ещё у будущей свекрови, то определённо испытала шок. Насколько Сашкина простая семья разнилась в привычках с Яниной.

Интеллигенция вообще не любит общаться вне трапезы.

Любая беседа проходит именно за столом, неспешно, во всеуслышание. Для того, чтобы спросить какого-либо разрешения или что-то попросить для себя, нужно обязательно все это тщательно обсудить с родителями, дождавшись обеда или ужина.

В семье Сашки все работали. Много, долго, изнурительно. И ели основательно и молча. А поговорить можно было в любое время. Встаешь рядом, помогаешь в работе, и беседуй себе на здоровье. Вот и сейчас она, по вбитой с детства привычке, не спеша ковыряла в тарелке, в то время как Сашка уже практически все доел.

Яна с радостью вскочила из-за стола, налила мужу чай, пододвинула свежеиспеченную сдобу и конфеты.

– Спасибо, малыш. Ты почему ешь без аппетита? Ты не заболела у меня?

– Саш, все в порядке. Пей. Я сейчас тоже доем. Просто разволновалась, соскучилась по тебе очень.

Сашка улыбался одними глазами – во рту уже исчезло полкусьменя пирога со взбитыми сливками. Запивал он все горячим, крепким, сладким чаем.