Научи меня любить

Все в них пошли, неуправляемые совершенно, знаешь! Я им одно, а они свое, я им говорю, а они опять по-своему, ну хоть кол на голове теши! И знаешь, что? Игоря они, главное, слушаются, а меня вот – ну ни капли… Ян, ты что расстроилась? Да ладно тебе, мы их утром вернем домой, поиграешь с ними! Ну, чего ты, Ян? Ты чего ревешь-то? – растерянная подруга прижала рыдающую Янку, приняла в свои материнские объятия. – Ян, что случилось, Яна? Тебя Сашка обидел?

Та лишь бессвязно промычала, пытаясь подавить всхлипы, но ничего не получилось, замотала головой.

– Так, все, хватит реветь. – Наташа взялась утирать натянутым на кисть рукавом трикотажной кофты слезы со щек Яны. – Я знаю, что мы сейчас сделаем. Мне помощь твоя нужна, пойдем, подруга.

Она схватила Янку за руку и потянула за собой в дом, идя напролом, не останавливаясь, словно боялась, что та начнет сопротивляться.

– Идем, идем. Я тебе сейчас погреб покажу свой, обновленный. Игорь же мне стеллаж смастерил, для бутылочек специальный такой, знаешь? Как у настоящего винодела! Так, одевай вот эту кофту, – она схватила с вешалки старый вязаный безразмерный кардиган, висевший тут, возле входа в подвальчик, в роли спецовки.

– Наташ, зачем, я утону в нем.

– Одевай, я сказала, поговори мне еще. Там чать не теплынь тебе. А, – махнула рукой, – откуда тебе знать! Одевай, давай, вот пуговицу сверху застегни, –  хлопотала она.

Сама накинула теплый пиджак, так же видавший виды, и открыла большим винтажным ключом дверь в подвал.

– А вдруг там Карабас-Барабас?

– Дура ты, хоть и красивая. Еще про Кощея вспомни.

Пока спускались в тусклом свете по ступенькам вниз, Яна, чуть успокоившись, спросила:

– Наташ, чем помочь тебе? Я ж не умею ничего. Картошку что ль перебирать?

Наташка обернулась, засмеялась заливисто, звонко.

– Что, испугалась, подруга? Нет, не боись, не картошку. Мы ее уже посадили. Не это от тебя требуется. Тут, понимаешь, такое дело… Я сделала несколько сортов вина, а какой лучше рецепт, нужно определиться.

– Наталья, ты забыла, наверное, я не пью!

– Я и не прошу пить, Ян. Чать от глотка ничего с тобой не случится? Я же тебя не прошу напиваться… Мне понимаешь, очень тонкий вкус нужен, – Наташа преданно смотрела в глаза и говорила так серьезно, что никак нельзя не поверить. – А ты как раз трезвенник. И оценишь. Я тебе по чуть-чуть. По глоточку.