Это мой мужчина!

Уж если и вдруг… то лучше с опытным Липатовым, чем с сопливым Максом, который до сих пор ходит вокруг да около, и сам не знает, похоже, чего ему хочется.

Другое дело Липатов. Конечно, он староват для нее, но в принципе довольно симпатичный. И тело у него шикарное для его возраста. А вообще, как говорит Светка, тридцать шесть для мужчины ещё не возраст…

Ну, во всяком случае, Танька надеялась, что сможет повести себя правильно – как золушка. Соблазнить, победить и вовремя смыться. Потому как запретных отношений ей точно не хочется.

Красная помада, выданная всезнающей подругой, была беспощадно стерта с пухленьких губ влажной салфеткой. Нет, такую точно не нужно. К огромным карим глазам с таким невинным взглядом на губах лучше всего будет смотреться розовый блеск. Черт, блузка, конечно, совсем в облипку и ничего не скрывает. Ощущение, что на худенькое тело надет лишь бюстгальтер, воротник с манжетами и этим дурацким жабо. Сроду бы такое даже не купила. Конечно, в ее гардеробе таких откровенных вещей и подавно не бывало, поэтому пришлось выпрашивать у соседки Маринки.

Марина работала официанткой в ночном клубе, и подобная прелесть у нее была аж в нескольких экземплярах. Соседка долго ерепениться не стала. Выслушала, выдала униформу, процедила сквозь зажатую в зубах тонкую сигарету: "Не глупи только!" И сунула в кармашек Танькиной джинсовки новенькую упаковку презервативов.

Босоножки на высокой шпильке остались еще с выпускного. Украшенные стразами лакированные пряжки изящно облегали тонкую щиколотку, радовали глаз и делали Танюшу, кажется, немного старше.

Часы почти дотянули пузатую толстую стрелку до двенадцати. Нужно выходить, бежать на остановку, потом доехать на маршрутке до универа. Лишь бы с матерью не столкнуться.

***

Алексей Сергеевич Липатов – преподаватель высшей математики, терпеть не мог завершение семестров. Хронически не вывозил. Как правило, последняя неделя перед зачетами была самая сложная. Все старались подтянуть хвосты, исправить неисправимое, рассказать наспех выученное. Он же старался быть в этом вопросе принципиальным. Высшую математику нужно в идеале понимать. А наспех ее вызубрить совершенно невозможно.