Рождение души

Тогда артси качнул бочку и из нее на небольшое углубление стала капать жидкая сталь.

– Место вы выбрали подходящее – молнии глушат даже ангельский слух. Я не в обиде, задавай свой вопрос, Хессиль.

Я вкратце описала свою ситуацию, стараясь представить ее как гипотетическую. Йона внимательно слушал, и с каждым словом лицо становилось серьезнее.

– Будь осторожна девочка, подобное не следует знать посторонним. Ты отлично держишься для того, кто потерял свою сущность!

– Как такое может быть? В книгах написано, что артси без памяти как пустые оболочки, но я ведь не пустая!

Мужчина оглянулся, пристально вглядываясь в работавших ангелов, но никому не было до нас дела.

Тогда он сказал,

– Мне кажется книги могут ошибаться.

Йона вытащил залитую в станок сталь. Она превратилась в длинную неаккуратную палку. Перекинув ее через железные щипцы, артси поднес палку к тубусу. Молнии рванули наружу, стали облизывать ее, заглушая остальные звуки.

– Ничего не понимаю! – голос терялся в стрекоте энергии, но Йона услышал меня.

– Что, если тебе повезло? Наши воспоминания не дают артси забыть о доме. Понимая, откуда пришли, мы остаемся благодарны ангелам за защиту, а Ордо за создание, но, маленькая Хессиль… – Йона наклонился. – Без воспоминаний ты никому ничего не должна, даже Создателю, и это делает тебя свободной. Уверена, что тебе не нужна эта свобода? Прости старику его богохульные мысли!

Селестия вдруг широко улыбнулась и стала громко закидывать ангела никак не относящимися к разговору вопросами.

Она так искренне и легко перешла на обсуждение последнего состязания, что я засомневалась, а состоялся ли наш щекотливый диалог вообще!

Пока подруга щебетала над трудящимся артси, я обвела взглядом присутствующих. Несколько незнакомых мне крылатых девушек и парней изготавливали мечи. Одна невысокая ангел с темно-русыми волосами обрабатывала украшения для крыльев. Еще трое крылатых полировали доспехи.

Мой блуждающий взгляд упал на Арье. На нем не было рубашки, а крепкое тело с россыпью темных веснушек на загорелых плечах, блестело от пота.

Придерживая рукоять двуручного меча, он опускал на него молот и, при каждом ударе, из стали высекались не искры, а молнии. Надо отдать должное, каким бы засранцем не был мой наставник, выглядел он внушительно.

Затерянная в своих мыслях, я не заметила Первосященника, застывшего в паре шагов от Арье. Светлейший Закум улыбался, но от его улыбки мне стало не по себе. Он что-то уверено говорил наставнику.