Экспансия. Рой

Незаметная пластинка серого цвета почти не выделялась на голубой квадратной выпуклости блока светофильтров. Сковырнув устройство при помощи отвертки, закрепленной в настенном наборе инструмента, Барт стал его разглядывать. Никакой маркировки, чтобы сделать выводы о происхождении устройства. Только едва различимый четырнадцатизначный номер на торце пластинки: 38991 34222 КС 54, и неприметный разъем. Барт отнес устройство в отсек-лабораторию, положил пластинку на столик автоматического электронного фотомикроскопа и дал команду на исследование неорганического образца.

Дальше аппарат сделает все сам, и позже можно будет просто просмотреть отчет на экране монитора в рубке.

Теперь требовалось срочно разобраться с положением настоящей Иолайи. Подбежав к двери в криогенный отсек, пилот сразу же обнаружил, что та заперта.

– Шпала, открыть крио-отсек!

– Нет возможности, капитан. В цепь управления насильственно встроен сканер сетчатки глаза.

Барт повернулся к телу киборга. Из горла поверженного врага натекла лужица из остатков растворов и некоторого количества обычной человеческой крови.

Барт попытался приподнять тело киборга:

– какой тяжелый…сколько ж в тебе железа?

Наконец ему удалось подтянуть голову человека-робота к сканеру сетчатки, и дверь в крио-отсек легким шипением открылась.

– БК, заблокировать цепь сканера, оставить команду открывания дверей с пульта на панели рядом.

– Выполнено, капитан.

– Проверить другие двери.

– еще дверь в отсек связи, капитан, но она осталась открытой.

– заблокировать немедленно.

– выполнено.

Несмотря на то, что Барт считал себя матерым космическим волком, где-то в глубине души в нем все это время жила подсознательная тревога за близкого ему человека. Так уж мы устроены: считаем близкими людьми всегда своих родителей или родных братьев-сестер, но когда мы остаемся один на один перед целой Вселенной внутри нас самих, нам начинает не хватать именно одного, родного не по крови, а в душе, самого желанного в мире человека.

Так уж распорядилась природа и Великий Мегаматрикс, что для человека обычно это другой человек противоположного пола. И сейчас, буквально влетев в отсек анабиоза, Барт вдруг ощутил какое стеснение в груди, и он знал, что боль эта не пройдет до тех пор, пока он не убедится, что с этим человеком все в порядке.

Разведчик бросился к дальнему углу, где стояли три анабиозных ванны, и почти сразу же обнаружил ту, что искал.