Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов

– Дорвался, блин, – ворчал он себе под нос, рассматривая в ведре с водой царапины на груди и шее, оставленные женщиной.

Быстро перекусив в своей комнате, легкий завтрак принесла все та же любопытная Сара, он оделся и отправился в город. Не сдержал любопытства. Очень уж хотелось посмотреть, как сильно отличается город этого времени от того, что помнил он сам. Из оружия он прихватил с собой только новый пистолет, кинжал и нагайку. Не в горах, в конце концов. Тут даже городовые иногда встречаются, убеждал он себя, вертя в руках перевязь с метательными ножами.

Добравшись до границы белой части, он решил не влезать туда, где может привлечь к себе лишнее внимание, и отправился на базар. Уж если можно где-то тут узнать последние новости, то только там. Базар на Кавказе и Востоке вообще это не просто место, где торгуют чем угодно. Это еще и чайные, где можно перекусить и отметить удачную сделку, и своего рода клуб по интересам, где любой желающий может просто поговорить и узнать все, что ему нужно. Надо только уметь задавать правильные вопросы правильным людям.

Делать это Елисей научился еще в прошлой жизни, поэтому не стал спешить и принялся прохаживаться по рядам, то и дело прицениваясь к товарам и слушая, о чем говорят торговцы. Слухов было много. Но главного, о начале войны, не звучало. Это и радовало, и настораживало. Впрочем, услышал он и много интересного. Обсуждали участившиеся случаи нападения непримиримых на поселения и караваны. Услышал он даже о себе самом.

История о том, что после мора в Пригорской выжил всего один человек, заставила оживиться многих.

Порывшись в памяти, Елисей вспомнил, что в этом времени вспышки тифа, малярии и оспы в этих местах случались регулярно и уносили сотни жизней. Так продолжалось до введения обязательных профилактических прививок и тому подобных мероприятий. Но случилось это уже при советской власти.

«Вот и думай, лезть менять историю, или пусть все идет, как должно? – задумчиво хмыкнул про себя парень. – Хотя Первой мировой очень бы хотелось избежать.

Как и поражения в японской. Да и политическое поражение после Балкан тоже не самая приятная история. Вот только как все это провернуть?»

Подобные мысли мелькали у Елисея регулярно. Но с чего начать, он не понимал. Слишком тут все было косно. Если уж и сообщать кому-то о своих знаниях, то это должен быть человек, имеющий прямой выход на императора. А таких на Кавказе только один. Генерал-губернатор. Но и до него так просто не доберешься.