Нулевая планета: Нулевая планета. Пепел на обелиске

– Стас сказал, в вашей службе этот вопрос усиленно прорабатывается. Так что, как только, так сразу.

– Я, пожалуй, тогда снова в поле уйду, – подумав, сказал Илья.

– Зачем? – не понял Мишель.

– Ну, может, ещё чего интересного нарою, – неопределённо протянул гигант.

– Нет уж, приятель. Ты уже и так тут нарыл столько, что нам за десять лет не разобраться, – осадил его трудовой энтузиазм Мишель. – Посиди пока в посёлке.

– Зачем? – удивился Илья.

– Не нравится мне вся эта история. И чует моё сердце, что она ещё не закончилась, – нехотя признался врач.

– Ты это о чём? – насторожился Илья.

– Не знаю, где у нас протекло, но добром всё это не кончится, – уставившись бездумным взглядом куда-то в пространство, тихо сказал Мишель. – Будет кровь. Много крови.

– Ты чего?! – озадаченно спросил гигант, осторожно встряхивая его за плечо.

Вздрогнув, словно очнувшись, Мишель виновато покосился на приятеля и, вздохнув, ещё тише ответил:

– Боюсь, нас не оставят в покое, и мы ещё пожалеем о твоей находке.

– Ну, это мы ещё посмотрим, – ответил Илья, сжимая пудовые кулаки.

– На что именно ты собрался смотреть? – иронично усмехнулся Мишель.

– Посмотрим, кто здесь кровью умоется. Сегодня же Стасу скажу, чтобы никого кроме торговцев на планету не допускал, а ещё свяжусь с кораблями на орбите и попрошу отгонять все суда не из нашего сектора.

– Ты чего развоевался? – удивлённо спросил Мишель.

– Того. Свой дом защищать надо, а не сопли жевать, – рыкнул в ответ Илья.

– Странно, – покачал головой Мишель.

– Чего тебе опять странно? – не понял Илья, успокаиваясь.

– За прошедшие полчаса ты второй, кто назвал Спокойствие своим домом.

– А кто первый? – с интересом спросил Илья.

– Стас.

– Понятно.

– Чего тебе понятно? – неожиданно вызверился Мишель.

– То, что мы оба правы. Мы приехали сюда, чтобы найти себе новый дом, и нашли его. А значит, и защищать эту планету мы будем как свой дом, – рявкнул в ответ Илья и, развернувшись, тяжело затопал к посёлку.

Окончательно запутавшись в собственных чувствах и мыслях, Мишель испустил долгий, протяжный вздох и, плюнув на все сложности, не спеша поплёлся следом за приятелем. В глубине души врач отлично понимал, что всё происходящее является прямым продолжением всей многолетней борьбы поселенцев за свою свободу. Что называется, за что боролись, то и расхлёбываем. И что проблемы жителей планеты никто кроме них решать не обязан.