Кровь на клинке

– Замуж меня зовут, – опустив голову, тихо вздохнула Саша.

– Кто?

– Купец один. Вдовый он. Узнал, что я сама в лавке управляюсь, и предлагает капиталы слить, чтобы еще одну лавку ставить.

– Ты ему сказала, что я у тебя в пайщиках, и что большая часть твоего дела мне принадлежит? – спросил Руслан, тщательно пряча ехидство в голосе.

– Нет еще.

– Вот сначала скажи, а после и про свадьбу думай.

– А ежели он предложит твою часть выкупить? – нашлась девчонка.

– Предложит, подумаю. А пока просто расскажи ему все о лавке.

– И что после того будет? – подумав, осторожно уточнила Саша.

– Вот и посмотрим, – хищно усмехнулся Руслан и, развернувшись, вышел.

За свои вложения он был спокоен. Не просто же так он потребовал все условия прописать на бумаге и нанял для этого отличного стряпчего. Но судя по реакции девушки, у нее с этим купцом дело зашло достаточно далеко, так что придется переводить отношения с ней в чисто деловые рамки. Уже на улице, вспомнив, что хотел прикупить чего-нибудь к вечернему чаю, Руслан вздохнул и, жестом подозвав к себе одного из казаков, попросил, протягивая пятирублевую купюру:

– Не сочти за труд.

– Добре княже, все сполню, – улыбнулся казак и, забрав деньги, легко взбежал на крыльцо лавки.

– Случилось чего, княже? – тихо спросил Роман, подойдя поближе.

– С чего ты взял? – деланно удивился Руслан.

– Озлился ты, – вздохнул следопыт.

«Похоже, они уже меня читать научились», – удивленно протянул про себя Руслан и, чуть пожав плечами, ответил:

– Похоже, пока я болел, у меня и полюбовницу свели, как ту кобылу.

– Нашел беду, – фыркнул Роман. – Да ты только прикажи. Найдем тебе красавицу из наших. И приветит, и накормит, и приласкает, и в постели ублажит. А ежели ты ее подарком изредка побалуешь, так и ноги мыть станет.

– Это ты, брат, загнул, – невольно улыбнулся Руслан. – То уже не казачка, то уже рабыня какая то получается.

– Умный ты, княже. А иной раз такой дурень, – отмахнулся следопыт. – Да вдовой казачке такая служба за счастье. Ей ведь детей поднимать. А ты, я знаю, детей не бросишь.

– Подумать надо, – съехал с темы Руслан и направился в торговые ряды.

Едва только войдя на базар, Шатун сразу понял, что весть о нападении на него давно уже перестала быть новостью.