Казачий спас

А уж лучше тем более. Потому и говорю тебе, не останавливайся. Сможешь?

– Не сомневайся, – решительно кивнул Ермолай.

– Добре, – вздохнул Гриша с заметным облегчением. Лишние цели в бою ему были не нужны.

Дождавшись, когда водитель вернется к машине, князь повернулся к парню и, подумав, уточнил:

– Ты уверен, что сможешь прикрыть нас, находясь вне автомобиля?

– Рядом с вами я буду связан, – подумав, спокойно ответил Гриша. – К тому же первым делом постараются избавиться от меня. Я ведь вооружен сильнее всех.

И пока я там, на дороге, буду зайца им показывать, у вас будет время уехать.

– Не боишься, что могут попасть?

– А зачем тогда меня джигитовке учили? Главное, первый выстрел пережить, а дальше как Господь рассудит.

– Ты вообще ничего не боишься? – растерянно спросил князь.

– Ничего не боятся только умом скорбные. А я на выучку да на Бога надеюсь.

– Что-то часто ты Господа всуе поминать начал. С чего бы? – вдруг спросил князь.

– А казаки перед боем всегда Богу молились.

На него уповали и в вере силу брали. Меня так с детства учли, и меняться резона не вижу.

– Может, оно и правильно, – вздохнул Николай Степанович и, заметив, что все четыре подводы загружены, добавил: – В путь. С Богом.

Гриша чуть усмехнулся и взлетел в седло Грача, не касаясь стремени. Увидев это, Зоя только восхищенно головой покачала. Князь, заметив ее взгляд, невольно оглянулся и, сообразив, что ее так восхитило, только понимающе хмыкнул. Парень и вправду выглядел колоритно. Широкоплечий, поджарый, узкий в талии, перетянутой чеканным поясом.

Черная черкеска сидела на нем словно вторая кожа. Положив карабин поперек седла, Гриша разобрал повод и, дождавшись, когда автомобиль выкатится со двора, сжал бока коня коленями.

– Не понимаю, зачем ему нагайка, если он даже поводьями почти не пользуется, – вдруг сказала Зоя, в очередной раз оглянувшись.

– Нагайка – это тоже оружие. Я тоже этим вопросом интересовался, – усмехнулся Николай Степанович.

– Выходит, конем он управляет только ногами? – не унималась Зоя.

– В бою – да. Казаки сами растят и обучают своих коней. Кстати, и горцы тоже. Помню, я очень удивился, когда узнал, что горцы своих коней подковывают, только когда собираются в долгий поход по равнине. В горах же подковы только мешают.

– Чем? – с интересом спросила Лиза, внимательно слушавшая их разговор.

– Копыта у коней шершавые, хорошо цепляются за камень. В горах почти все дороги больше похожи на козьи тропы.