Гладиаторы: Гладиаторы. Созвездие злобных псов

В общем, выкручиваемся, – снова вздохнул полковник.

– Знаете, если хотите, можете её сюда привозить, – ответил Матвей. – Ей будет наука, как с собакой обращаться, да и мне не так одиноко будет. У меня ведь тоже дочка была, – тихо добавил он, опуская голову.

– Если уверены, что девочка не помешает, то я только благодарен буду, – с радостной улыбкой ответил полковник.

– Не помешает, – решительно ответил Матвей. – Только скажите, чтобы в штанах приходила. Щенок молодой, азартный, поцарапать или уронить может.

– Она и так из них не вылезает, – махнул рукой полковник. – Тогда я её после школы завтра привезу.

– Договорились, – кивнул Матвей. – А теперь берегите пенсне, Киса.

– В смысле?

– Я пса выпускаю, – рассмеялся Матвей, одним движением распахивая дверь.

Выскочив из прихожей, псёныш с азартом подлетел к замершему полковнику и, с ходу облаяв его, удивлённо остановился. На задумчивой мордочке было ясно написано: «Что за дела? Я же тебя пугаю, а ты почему-то не боишься».

С интересом глядя на щенка, полковник покосился на Матвея и, чуть пожав плечами, осторожно спросил:

– Если с места сойду, штаны не порвёт?

– Вот заодно и проверим, – усмехнулся Матвей и, выпрямившись, твёрдым голосом внятно приказал, одновременно хлопая себя по бедру:

– Рой, ко мне.

Нехотя отвернувшись от такого интересного человека, псёныш задумчиво покосился через плечо на хозяина и, подумав, не спеша выполнил команду.

– Молодец, мальчик, хорошо, – похвалил его Матвей, доставая из кармана кусочек пресной галеты.

Схрумкав лакомство, щенок выразительно покосился на карман и, вздохнув, снова вопросительно посмотрел на Матвея. Погладив его, кинолог снова хлопнул себя по бедру, отдавая следующую команду:

– Рядом.

Подумав, Рой не спеша обошёл его по кругу и, оказавшись слева, снова сел. Получив ещё кусочек галеты, псёныш весело завилял коротким обрубком хвоста и, едва увидев, как полковник шагнул к дому, стремительно метнулся вперёд. Не добегая до гостя одного шага, щенок чуть припал на передние лапы, одновременно грозно издав: «Гав!» С интересом наблюдая за ним, Матвей покачал головой и, усмехнувшись, проворчал:

– Вот ведь упёртый, паршивец.