Еще один шанс: Еще один шанс. Дикая война. И один в тайге воин

– А ты ведь не шутишь, – качнул Савва головой после минутного молчания.

– Совсем не шучу. Мне тогда терять нечего станет. Умою их кровью и в тайгу уйду.

– Значит, вспомнил, как по тайге ходить? – быстро спросил Савва, намекая на их прежний разговор.

– Вспомнил, – кивнул Мишка. – Осталось место подходящее найти. Те, что знаю, слабые. За лето набрать с фунт может и получится, но это не для твоих планов.

– Верно. Ладно. Есть у меня пара человечков. Пьют много и болтают без удержу. Но за сезон до пуда намывают.

– Место узнай. А дальше сами справимся. Не нужно лишних глаз в таком деле, – ответил Мишка, успевший все продумать. – Ты рыжьем займешься, а я заимку поставлю и по хозяйству. А дальше ты в свою сторону, а я в свою.

– Что, и себе ничего не возьмешь? – насторожился грек.

– Мне место останется, – усмехнулся Мишка. – Это ты уйти рвешься, а мне идти некуда. Если только из дому, совсем.

– А ты ведь, похоже, задумал что-то, – задумчиво протянул Савва, рассматривая парня.

– Задумал, – не стал таиться Мишка. – Мне еще возраста подходящего нет. И если я к купцам с золотом сунусь, они все сделают, чтобы про место узнать и меня от дела оттереть. А так, ты уйдешь, а я затаюсь на пару лет. Буду добывать понемногу, и там же, на заимке, прятать. А придет время, стану золотишко сдавать, и если получится, заявку в гильдию подам. Не хочу всю жизнь одной охотой жить. Да и не будет здесь скоро никакой охоты.

– Почему? – снова насторожился Савва.

– Война будет. Не знаю, как скоро, но будет. Точно. Среди тех хунхузов два японца было. Офицеры разведки. По их души аж из Екатеринбурга люди приезжали.

– Правду говорили, – тихо проворчал Савва, кивнув своим мыслям.

– Правду. Так что, договорились про лето? Тебе золото, мне место, и разойдемся краями. По рукам?

– По рукам, – решительно кивнул грек, протягивая ему руку ладонью вверх.

– А с купцом как решим? – спросил Мишка, хлопнув его по ладони.

– Пущу слух, что купчина сам неправ.

– Кто не услышит, пусть сразу себе панихиду заказывает, – зло фыркнул Мишка и, попрощавшись, отправился домой.

* * *

– Да, Миша, сделал ты себе имя, – с усмешкой проворчал урядник, прихлебывая горячий чай. – Вся белая часть поселка шумит. Меня уже до белого каленья довели, требуя объяснить, где я такого зверя взял.

– А вы чего? – с интересом спросил Мишка, прожевывая очередной пряник.