Дикая война

Там и возраст не особо важен, – закончил толстяк, бросив на парня острый, настороженный взгляд.

– Нет, – помолчав, качнул Мишка головой. – Тётка без меня пропадёт. Да и нет у меня желания перед именитыми дураками тянуться.

– Вот потому он с тобой и не говорит, – кивнул урядник. – Но по поводу трофеев сам с ним говори.

– И где его ловить? – мрачно вздохнул Мишка.

– Как где? В штабе, конечно.

– Нет уж. Не хочу я туда ходить. С вами ещё ладно. А один – нет. Не пойду. Хрен с ним. Не вышло, и ладно.

– А чего так-то? – удивился урядник.

– Да офицеры эти, – Мишка скривился так, словно лимон раскусил. – Не все, конечно, но есть такие, что смотрит на тебя – и хочется с ходу в рожу закатать. Словно не человек перед ним, а дерьма кусок.

– Миша, ты это брось, – осадил его урядник.

– Так ведь это правда, дядя Николай, – вздохнул парень, успокаиваясь.

– Знаю. Но на то они и благородные.

– Ладно. Пойду я, дядя Николай. В мастерской я закончил. В оружейке всё в порядке. Так что, ежели что, дома ищите.

– Добро, Миша, – кивнул урядник.

Мишка легко сбежал по лестнице и, кивнув дежурному, выскочил на крыльцо, едва не сбив с ног входившего десятника. Весело поздоровавшись с ним, парень краем глаза заметил двух рядовых полицейских, тащивших в руках какие-то узлы и чемоданы. Перед ними важно шествовал майор, о чём-то разливавшийся соловьём перед идущей рядом женщиной, рядом с которой шла молодая девушка с огненно-рыжими волосами.

«О, похоже, те самые, – подумал Мишка, извечным мужским взглядом рассматривая девушку.

– Что, нравится? – поддел его десятник, заметив взгляд парня.

– Красивая женщина всегда нравится. На то и создана, – философски отозвался Мишка.

– Это верно. Ты только слюни подбери. Это не про нас. Из благородных.

– А толку-то? – рассмеялся Мишка. – Толку с того благородства, если за душой ни гроша? Тут уж не до жиру, быть бы живу.

Сам того не зная, парень повторил слова Елизаветы Павловны.

– Ох, Мишка. Доведёт тебя язык до цугундера, – усмехнулся десятник.

– Меня каторгой пугать – только время терять. Тайга большая, – отмахнулся Мишка.

– Да уж. Над кем другим бы посмеялся. А тебе верю, – кивнул десятник и, хлопнув его по плечу, прошёл в участок.

Между тем начальник местной полиции привёл Елизавету Павловну с дочерью на широкое купеческое подворье и, о чём-то переговорив с хозяином, откланялся.